КОГДА ЛЮБОВЬ СИЛЬНЕЕ СМЕРТИ.

КОГДА   ЛЮБОВЬ  СИЛЬНЕЕ   СМЕРТИ.

                   К О Г Д А     Л Ю Б О В Ь     С И Л Ь Н Е Е      С М Е Р Т И.

 

Ждёт  море  моряка  и  долгая  дорога,

Опять уходят  в  море  корабли.

Простится  он  с  любимой  у  порога

При  свете  догорающей  зари. 

 

Бронепалубный  крейсер  1  ранга  «Светлана», входивший  в  состав  2 – й  Тихоокеанской  эскадры, стойко  противостоящий  врагу  и  израсходовававший  весь  свой  боезапас, остался  совершенно  беспомощным  перед  японскими  крейсерами, которые  вели  по  нему  постоянный  артиллерийский  огонь. Прямое  попадание  вражеского  снаряда  в  носовую  часть  корабля, стало  в  дальнейшем  для  него  роковым, крейсер  начал  терять  плавучесть  и  быстро  набирал  в  себя  тонны  морской  воды, однако, японцы  продолжали  добивать  его  из  своих  орудий. Последним  приказом  командира  «Светланы»  капитана  1  ранга  Сергея  Павловича  Шеина, сражённого  на  мостике  корабля, стал  призыв  к  команде  «Спасаться  по  возможности!».

Носовые  кочегарки  затапливало  также, как  и  машинное  отделение, где  находился  в  это  время  младший  судовой  механик  Станислав  Романович  Невяровский. Он, вместе  с  другими, оставшимися  в  живых  кочегарами  и  машинистами, стал  выбираться  из  «недр» корабля, чтобы  побыстрее  его  покинуть. Когда  Невяровский  оказался  на  палубе  «Светланы», от  неё  до  воды  было  не  более  аршина. Рядом  со  Станиславом  неожиданно  появился  его  вестовой  Куликов, который  посоветовал  подвязать  матрац  койки, с  ним  было  легче  держаться  на  воде.  Самому  Невяровскому  это  не  пришло  бы  тогда  в  голову, все  мысли  сосредоточились  сейчас  лишь  на  одном, там  в  каюте  остались  дорогие  для  него  письма  и  открытки  от  любимой  Лилит.

 

Первое  ощущение, когда  Станислав  вместе  с  другими  моряками, покинувшими  погибающий  корабль, оказалось  сравнимым  с  обычным  купанием  в  море, но  тут  же  сменилось  на  трагическое, уже  не  стало  родного  корабля, а  вокруг  лишь, то  тут  то  там – немногие  плавающие  члены  команды, отчаянно  цеплявшиеся, кто  за  обломки  шлюпки, кто  за  койки, а  то  и  вовсе  рассчитывающие  только  на  свои  силы. Бой  давно  закончился, японские  корабли  ушли, далеко  вдали  неясно  просматривались  очертания  берегов, очевидно, корейских. Вода, по  мере  нахождения  в  ней, становилась  всё  холоднее, ноги  сводила  судорога, и  чтобы  окончательно  не  думать  об  этом, Станислав  предался  воспоминаниям.

 

Всё  случилось, когда  крейсер  «Светлана», ходивший  под  флагом  генерал – адмирала  и  под  командованием  ещё  Константина  Дмитриевича  Нилова, исполнял  сопровождение  императорской  яхты  «Полярная  звезда»  во  Францию. Русские  корабли  стояли  в  Дюнкерке, а  парижане  чествовали  и  принимали  верного  союзника – самого  царя. Во  время  осмотра  крейсера  «Светлана»  представительной  делегацией, среди  которой  оказался  английский  консул  в  Бельгии – господин  Джео  Вальфорд  вместе  с  красавицей  дочерью  Лилит, Станислава, молодого  обаятельного  морского  офицера, знающего  многие  иностранные  языки, назначили  сопровождать  знатных  гостей. Посетители  остались  от  визита  на  «Светлану»  в  восторге, а  между  Лилит  и  Станиславом  зажглась  та  первая  «искорка»  взаимного  интереса, обычно  разгорается  в  большую  любовь.

Вальфорды  пригласили  Станислава  в  Антверпен  на  чашку  чая. Знакомство  молодых  людей  продолжилось, но  вскоре  императорский  отряд  русских  кораблей  ушёл  в  Россию. Во  время  расставания  оба, воспылавшие  любовью, поклялись  встретиться  вновь  и  постоянно  писать  друг  другу  письма. Они, эти  письма  Лилит  Вальфорд  приходили  к  Станиславу  всюду, где  бы  он  не  находился, даже  во  время  длинного  пути  на  войну  с  Японией,  когда  корабли  2 – й  Тихоокеанской  эскадры  шли  через  моря  и  океаны.

 

Сознание  на  мгновение  покидало  Станислава, а  когда  возвращалось, он  представлял  перед  собой  прекрасное  лицо  любимой, и  это  придавало  ему  силы. Он  не  мог  допустить, что  погибнет, оставив  её  одну. Ему  казалось, что  время  остановилось, и  пребывание  в  воде  никогда  не  кончится.

Неожиданно  показался  корабль, с  виду  он  походил  на  крейсер. Шлюпка, спущенная  с  него, стала  подбирать  вконец  ослабевших  в  холодной  воде  русских  моряков. У  Станислава  уже  не  было  сил  взобраться  на  неё, и  японский  матрос  буквально  втащил  его, посадив  на  банку. К большому  сожалению  Станислава,  среди  спасённых  не  было  верного  вестового  Куликова. Позднее, в  японском  плену, Станислав  узнал, что  провёл  в  воде  Цусимского  пролива  долгих  6  часов. Вера  в  то, что  он  любим  и  не  забыт, помогла  ему  выжить.

 

Штабс – капитан  Станислав  Невяровский  вернулся  в  Россию, получил  назначение  на  императорскую  яхту  «Штандарт»  Гвардейского  Экипажа. Царской  семье  и  самому  Николаю  II  с  первых  дней  службы  приглянулся  этот  молодой, галантный  и  хорошо  воспитанный  офицер. После  осеннего  плавания  Станислав  съездил  в  Бельгию  и  вернулся  оттуда  с  ожидавшей  его  Лилит, ставшей  его  женой. Молодые  супруги  поселились  в  Петербурге, в  Усачёвом  переулке. Десять  лет  жизни  Станислава  Невяровского  прошли  на  императорской  яхте, где  он  из  штабс – капитанов  был  произведён  в  капитаны  2  ранга  согласно  реформе  о  переименовании  званий  и  чинов  инженер – механиков  и  приравнивании  их  к  званиям  строевых  офицеров  флота. Во  время  первой  мировой  войны  оставался  на  яхте  старшим  помощником  старшего  инженер – механика, затем  отправился  в  Англию  на  заводы  Виккерса, наблюдать  за  постройкой  ледоколов  для  России, работал  в  польском  вольном  городе  Данцинге  во  главе  судовой  компании  «Вальфорд  Балтик  Шиппинг», однако  на  здоровье  Станислава  отрицательно  сказались: и  трагедия  Цусимы, долгое  пребывание  в  холодной  воде, японский  плен, переживания  и  терзания  за  Россию  в  период  революции. Он  умер  в  1934  году  во  Франции  и  похоронен  на  маленьком  кладбище  под  Парижем, в  Менонвилле. О  его  кончине  журнал  «Тайм»  написал  очень  верно  и  лаконично: «He  was  a  gallant  officer, a  distinquished  naval  engineer, a  perfect  gentleman.»

 

До  конца  дней  своих  он  сохранил  свою  нежную  любовь  к  жене  Лилит  Вальфорд  и  детям – Дмитрию  и  Диане, любовь, которая  помогла  ему  выжить  в  страшной  Цусимской  трагедии.

 

21  августа  2018  г.                             Вячеслав  Прытков.                         

 

Оценки читателей:
Рейтинг 9 (Голосов: 0)



Это произведение участвует в конкурсе. Не забывайте ставить "плюсы" и "минусы", писать комментарии. Голосуйте за полюбившихся авторов.

17:11
206
RSS
Спасибо за рассказ! Очень интересный! Удачи в конкурсе!