Нож Часть 6

  Несколько встреченных ручейков, сейчас превратившихся во вполне себе приличные речушки, прошёл с ходу. А вот перед самым подъёмом на водораздел, протекала небольшая река, которую в обычные дни, машины свободно вброд пересекали. Сейчас же, после трёхдневных дождей, она вздулась и разлилась, став бурным, мутным потоком, шириной метров в двести. Ревущий поток, нёс в себе смытые деревья и кусты, ворочал огромные каменюки. В месте бывшего переезда, противоположный берег, выше по течению был отлогим, но ниже, уже буквально метров через сто, он переходил в отвесный скальный массив.

- Переплыть здесь, даже думать нехрен, снесёт ниже, не выберусь на берег. Надо на километр выше подниматься, и там уже в реку запрыгивать.

Мишка, вернувшись на полкилометра назад по дороге, свернул в урему, по заросшей квартальной просеке. Натужно ревя двигателем, подминая подлесок, ГТСка проползла по просеке необходимое расстояние, затем Мишка вновь свернул в сторону реки, в матёрую тайгу.

 

  Это были самые тяжёлые метры. В нормальных условиях, в здравом уме, никогда он не ворвался бы в вековую тайгу, на дохленькой танкетке. При наличии тяжёлого бульдозера и бригады лесорубов, эти 200-300 метров, легко можно было бы пройти за пару часов. Свалить полтора десятка пихт и елей в два обхвата, а затем бульдозером, расчистить пару завалов и срезать ножом подлесок. Мишка проходил этот путь до позднего вечера. Пару раз садился брюхом танкетки на старые пни, и приходилось стаскивать себя лебёдкой. Долго растаскивал завалы, цепляя валежины тросом, и оттаскивая их с пути. Пришлось валить три ели, которые никак не получалось объехать.

 

  Выехав к воде, Мишка обессилено снял трясущиеся руки с рычагов. Вывалился из ГТСки, кулём привалился к гусенице.

- Повезло. Траки выдержали. Если бы «разулся» смело можно было бы вешаться на ёлке. А лучше вплавь попробовал бы. Выловили бы потом, трупешник мой, в Белорецке где ни то.

  Переведя дух, вынул из танкетки сухпай, перекусил. Словно сжалившись над ним, давая время отдохнуть, распогодилось. Нудный дождь, хлеставший непрерывно весь день, внезапно прекратился. В свинцовой хмари, затянувшей весь небосвод, появились разрывы. И даже несколько раз выглянуло солнце, уже опустившееся до верхушек самых высоких сосен.

  Нега сковала тело. Уже не так сильно ныли натруженные мышцы, перестали вибрировать растянутые сухожилия. Насквозь промокшая одежда, уже не так противно липла к телу. Хотелось просто свернуться калачиком, и забыть обо всём на свете. Не было сил ни на что, даже мысли причиняли физическую боль.

 

- Что блядь!!! Расслабился, сука!!! Подъём солдат!!! Выть потом будешь!!!- Заорал Мишка.

  Подскочил, встряхнулся. Ощутил как схлынули усталость и боль, на их место выметнулась какая-то весёлая, бесшабашная злость.

- Хрен!!! Не возьмёшь!!! Прорвёмся!!!- Снова, во всю глотку заорал он.

 

Наверное с такой вот лихой, всепоглощающей злостью, его предки бились с пещерными медведями, и охотились на мамонтов с каменными топорами. С одной рогатиной, валили псов-рыцарей на Чудском озере. Перегрызали глотки фашистам в рукопашной, в Великую Отечественную.

 

  Нырнул в будку танкетки, выволок банку тавота. Быстро пробежал вокруг ГТСки, и замазал все щели, через которые могла поступать вода. Заскочил в кабину. Танкетка, звонко рыкнув, рванулась вперёд и прыгнула с полуметрового обрывчика, в стремительный мутный поток.

  Довольно шустро, огибая валуны и уворачиваясь от топляка, ГТСка пересекла реку. Повезло. Не шваркнуло бортом о камень, не перевернуло несущимся в бурлящей воде, выворотнем. Рассчитал правильно, к берегу танкетка подплыла аккурат на месте затопленного переезда. Выметнулась на берег, и перегазовав, рванула дальше, по раскисшей просёлочной дороге.

 

  За километр до заимки, Мишка остановился, загнал танкетку в густые кусты. Дальше двинулся пешком.

 

  Заимка местного егеря Михеича, только называлась заимкой. На самом деле, это была монументальная изба-пятистенок, срубленная из вековых лиственниц. Стояла она на более высокой стороне огромной поляны. Чуть поодаль, стояла такая же огромная и основательная, хозяйственная постройка. И сама она, и прогал между домом и сараем, выполняющий функции двора, были накрыты крышей, из лиственничного же тёса. Ещё чуть дальше к лесу, стоял небольшой сарайчик, в котором мерно тарахтел дизель-генератор. Три фронтальных окна жилого дома, светились жёлтым электрическим светом. Перед хоздвором, мирно стоял УАЗик Сергея.

 

  Мишка вышел к поляне с усадьбой Михеича, уже затемно. Постоял, прижавшись к сосне, вслушиваясь и вглядываясь.

- УАЗика Михеича нет. Полкана, пса его, не видно и не слышно. Ветерок от меня, был бы Полкан на месте, уже бы голос подал.

  Пока Мишка шёл к заимке, вновь пошёл сильный дождь, поэтому Мишка не стал мудрствовать, лёг, и по-пластунски пополз к избе. Первым делом подполз к сараю, полежал, послушал. Живность вела себя спокойно, издавая обычные ночные звуки. Затем он вполз на крытый двор. Наткнулся на что-то липкое. Пошарил вокруг, нащупал какой-то лохматый бугор.

- Полкан! Всё же здесь, супостаты!

 

  Проверив двор, на предмет дозора, Миша, тихонечко, стараясь не хлюпать сапогами, вышел снова под дождь. Подкрался к окнам. Все три окна, были из большой горницы, из одного просматривался дальний угол, в котором сидели Сергей и Зина, привязанные к стульям. В два других окна, видно было большой обеденный стол, за которым вальяжно расположились трое «бегунков». Двое сидели спинами к окнам, хватали что-то со стола, жадно жевали. Третий, к окнам сидел лицом, неспешно ел, то и дело высверкивая из под бровей, рысьим взглядом. Одно из окон, было чуть приоткрыто, и Мишка подкрался к нему. Вслушался.

Бандиты, видимо насытившись, стали реже мельтешить руками, завели разговор:

- Череп, чё дальше-то делать бум?- Спросил один.

- Ну а что делать? Отъедаться, отсыпаться будем. Пока дожди не прекратятся.

- А чё ждать-то? Завалим давай, лоха с пацанкой, бабу попользуем, да и ходу дальше.

  Мишка мысленно взвыл:

- Бля! И Сашенька здесь!!! А я так надеялся, что Михеич, её с собой в деревню прихватил!

  Разговор меж тем продолжился, заговорил третий, молчавший до сих пор:

- Действительно, товарищи! Зачем ждать? Необходимо, как можно быстрее…

- Нишкни, тля!- Взрыкнул, по всей видимости, Абрек.- Твой номер шешнадцатый, и пасть разевать, только с разрешения буш! «Това-а-ришши!»- Передразнил Абрек.- Твои товарищи, под шконками лежат, корки грызут!

- Абрек. Ты бы полегче, с нашим господином Корейко. Пригодится он ещё.

- Не пойму, я тебя, Череп. Отморозок ты конечно, тот ещё. Но… Мутный какой-то. И по кой хер, ты фраера этого с собой прихватил? Волочь его полпути пришлось, а теперь ещё и хлеборезку, не вовремя раззявливает.

- Билет он наш. В светлое будущее. У господина Корейко, наверняка заначка имеется. На это бабло, мы и документы сделаем, и с дальнейшим, они нам определиться помогут.

- Гы! Корейка! Нехилое ты ему погоняло придумал. Мастевое. Если бы в зиму в отрыве были, так и прокатил бы фраерок за хавчик. Корейка!

- С буквой О, Абрек. Есть такой незабвенный персонаж, в бессмертном произведении, товарищей Ильфа и Петрова.

- Хер с ними, теми Ильфами. А бабу, чё ты не хочешь оприходовать? Знатный бабец-то.

- Заложники нам нужны. Вдруг к вованам вывалимся? Вот и пригодятся. Ну и ещё. Ты пока с собачкой боролся, я УАЗик осмотрел. На борту этого лимузина, надпись интересная имеется,- «БашкирГеология». Ну а где геологи, там и вертушки… Пригодится вообщем, нам эта семейка.

 

  После этих слов, Мишка слегка расслабился. Ничего фатального, в ближайшее время не последует. Значит можно подготовиться, чтоб следующие события, развивались по его сценарию. Если бы в избе были обычные бандиты, даже если бы их было вдвое больше, не надо было бы ничего выдумывать. Вломился бы в избу. Ну а там,- дело привычное. Бой в ограниченном пространстве, в первые же 3 секунды, минимум четыре трупа. Но! Череп! Этот волчара не хуже, а если быть до конца честным, наверняка много лучше Мишки. Значит нужно условия подобрать, так чтоб шансы хотя бы уравнялись. Дождаться нужно, когда он до ветру выйдет, ну а со спущенными штанами, уже и Череп не так страшен. После этого, Мишка, устроился возле входной двери, и приготовился ждать.

 

  В избе, между тем, продолжался разговор:

- Слышь, Череп, а дальше-то что? Ну доберёмся мы до загашника хомяка этого, ежели свезёт, ксивы сделаем. А потом?

- А потом кто куда. Хомяк вон, в норку забиться попытается. Ты опять жмуров плодить начнёшь, пока не поймают.

- Ну а ты? Сам-то куда?

- Н а я дальше в бега. В Марсель мне добраться нужно.

- Это что за марселя? С чем её едят?

- Городок такой, во Франции. А в том городке, контора одна интересная есть. Приходишь туда, и говоришь: «Так и так, хочу служить в «Иностранном легионе», на благо Французской Республики, и во имя Свободы, Равенства и Братства.». Подписываешь контракт, а после контракта, ты,- полноправный гражданин Франции, с чистой биографией и новым именем.

- Хе! Гонишь! У тебя ж десяток трупаков за плечами! Какой, нахрен, контракт!

- Намного больше десятка. Но там начхать, сколько и чего ты натворил до контракта. Главное, чтоб ты потом убивал, тех кого нужно.

  Некоторое время стояла тишина, перемежаемая задумчивым кхеканьем Абрека.

 

- Череп. Знаю, что лишка базарю. Но невтерпёж мне, вопрос есть. Ежели в лом базарить, так я ничего, не расстроюсь.

- Говори. Ночью нам обоим лучше не спать, днём по очереди выспимся. А до утра времени много.

- Ты ведь краснопёрый, по всем ухваткам видать. Каким ветром тебя к уголовникам занесло, да ещё и за мокруху?

- Долгая история.

- Сам же сказал, до утра времени много. Но ежли в тягость, так не надо.

- Ну почему. Можно и рассказать. Когда и кому ещё, можно душу излить.- Череп помолчал, собираясь с мыслями, начал:- Я москвич потомственный, и родословная неплохая. И жизнь поначалу, по накатанной катилась. Мама с папой у меня, сотрудники Внешней разведки. Переводчики, и преподаватели спецкурсов. Каждый, по два языка знал в совершенстве. Сколько себя помню, на трёх языках разговаривал. Повелось так, неделю общаемся на английском, следующую на испанском, потом на португальском. Соответственно и в школе специальной учился, для работников МИДа. Тогда же сдружился с вьетнамцем Нгуеном, от которого  вьетнамскому языку учился. А ещё и борьбой Вин-Чун, он меня увлёк…

- Хе-хе! Откуда вынь, и какой чунь!- Засмеялся Абрек

- Серость. Ну да ладно, это не суть. В общем всё было замечательно, до самого 75 года. К этому времени, я уже успел отучиться 3 курса в престижном ВУЗе. Но тут появился на горизонте дядя, двоюродный брат моей мамы. В звании полковника, он занимал очень нехилый пост в КГБ. Он и уговорил меня в КГБ, на службу податься.- Череп прервался, сходил проверил путы на Сергее и Зинаиде, вернулся за стол, налил себе чаю. Отхлебнул, и сказал:- Позже в туалет их надо будет сводить, поодиночке.- Отхлебнул ещё, и продолжил рассказ:- А в 78 году, Контора отправила меня во Вьетнам, в Камрань. Базы там, по сути, ещё не было, но и подлодки там наши болтались, и летуны на бывшем ЮСовском аэродроме базировались. Соответственно и все разведки и контрразведки, нашей необъятной родины, там филиалы имели. Короче кинули мне авансом, на погоны по две звёздочки, и зафутболили в Юго-Восточную Азию…

- Череп, извиняй, что перебиваю. А щас ты кто, по званию?

- Сейчас я, как и ты, и как господин Корейко,- кандидат в «манекены». А вот до примерки полосатого клифта, подполковником был.

- Нехило. На зоне, где я последний срок тянул, Хозяин тоже подполом был. А что за манекены?

- Нас когда ещё только сажали в «столыпин», я физию знакомую узрил. Рукопашке я его когда-то натаскивал, а потом он к смежникам, в ГРУ попал. Вот он и помахивал папочкой с нашими делами. Значит и ехали бы мы в Новосибирск. Есть под этим городом, очень хитросделанная часть, а при ней, ещё более хитровыделанный учебный центр, от 5 отдела ГРУ. Вот к ним, «манекенами», мы и должны были приехать.

- Ни хрена не понял. Без своей краснопёрой фени, можешь объяснить?

- Если коротко, то часть смертников, попадают в учебные центры КГБ, ГРУ, флотской разведки и т.д. Там на них тренируются всякие диверсанты, боевики КГБ, боевые пловцы, и прочие. Этих смертников, расходный материал, манекенами и зовут.

- А-а-а. Дошло. А я ещё удивлялся, что это меня на месте, к стенке не прислонили. Думал что куда ни то, на рудники урановые отправили. Ладно, хрен с ним. Давай дальше толкай, эту, как её… А! «Адисею» свою. Оно интереснее.

- Ну вот. Там и тогда, моя накатанная жизнь и закончилась. Через месяц, после прибытия в Камрань, мои шефы, сляпали на скорую руку разведгруппу, прилепили меня к ней переводчиком, и отправили в джунгли. Через неделю рейда, группа попала в засаду.

 

Южновьетнамцы загнали нас на рисовые чеки, и раскатали миномётами. Мне не повезло. От близкого взрыва я сознание потерял, и как назло, в воде захлебнуться не успел. Очнулся я в глубокой яме, закрытой сверху решёткой. Три недели я в ней просидел, по колено в жиже. Раз в два-три дня, желтомордые, помои в яму выплёскивали, на обед. Учитывая что столовых приборов мне никто не предложил, приходилось хлебать жижу. В которую, и сам испражнялся, и вьетнамцы, если им было не лень, приходили поссать, посрать. Как то вот так.- Череп опять прервался. Немного посидел задумчиво, затем продолжил:- К концу третьей недели, я уже пытался дважды повеситься, трижды хотел утопиться в жиже. Не смог. Оказывается, это очень трудно,- себя жизни лишить. Другого,- запросто, а себя тяжело. Потерял счёт дням, и начал потихоньку сходить с ума. В жратве до неприличия стал разборчивым. Часами ковырялся в жиже, выискивая самые лакомые кусочки, плясал от счастья, когда находил личинки, или червей. В один из дней, открылась крышка, и в яму ещё одного человека сбросили. Судя по комбезу,- лётчика. Был он, не жилец. В сознание не приходил, перебитая выше локтя рука, болталась на паре сухожилий. Как смог, наложил ему жгут. Сухожилия перегрыз зубами, чтоб рука не болталась. Часов через 12, летун отошёл. Привалил я его к стене, и потихоньку стал им питаться.- Рассказчик опять прервался.

 

- Абрек, дай закурить.

- Ты ж не куришь?! Чё ты расстроился так? Нормальная ж тема! Меня неделю не покорми, так я за милую душу, нашу Корейку схаваю.- Вынул пачку сигарет, и перекинул её через стол Черепу. Тот прикурил, глубоко затянулся, продолжил:

- Сначала оторванную руку сожрал. Кости расщепил, насколько мог, заточил их. Стал ими кусочки от летуна отпиливать. Через несколько дней, макаки заметили, чем я занимаюсь. Вынули меня на поверхность, и уже наверху, заперли меня в железную клетку. Кормить перестали совсем. Дней через пять, в деревню приехала машина, а в ней америкос с фотоаппаратом. Походил тот, вокруг моей клетки, не обращая внимания на мои попытки заговорить. Ушёл в хижину местного начальника. Утром, в деревню приволокли полуживого вьетконговца, и кинули его ко мне в клетку. А ещё, штык АКМовский забросили. Ну и меня понесло. Прирезал я макаку, разделывать стал. А вокруг клетки, америкос скачет, фотоаппаратом щёлкает. В общем пожрал я, америкос закончил щёлкать и ушёл. Тут клетку мою открыли, чтоб останки вытащить, и штык у меня отобрать. А меня снова накрыло, не помню толком ничего.

 

 Очухался, вокруг десяток трупов, сам кровищей залитый. Дальше уже осознанно вёл себя. Автомат взял, пару подсумков с магазинами. Рванул к дому, куда америкос ушёл. Выкосил очередями там всех, нашёл фотоаппарат, плёнки, сжёг всё. Остальные макаки, в джунгли свинтили, от греха. Ну и я рванул. Вот тут я и прокололся. И прокол этот, мне «вышки» стоил. Плохо обыскал, не все плёнки нашёл. Дальше всё просто. Долго блуждал по джунглям, подобрали местные, лояльные вьетконгу, переправили в Камрань. В Союзе, закончил училище, служил, вовремя звания получал. Если проблемы возникали, дядюшка, который уже генералом стал, улаживал. До прошлого года всё было ровно, пока тип один, на меня не вышел. И фотки мне не показал, где я желтомордого жру. Вербануть меня попытался. Его-то я приземлил по-тихому, но проблема не исчезла. Через некоторое время, фотки эти, в какой-то западной газетёнке появились. Контора, в таких случаях, отрицает всё напрочь, но проблему решает жёстко. Ликвидатора послали, по мою душу. Его я тоже убрал, но пришлось в бега срываться. А в Уфе меня местные менты попытались взять, двоих обнулил, но и меня подранили и взяли. Контора, видимо рукой на меня махнула, по-разному я вышак себе уже нарисовал. Только уволила меня, задним числом. Ну вот, я здесь и оказался.- Череп замолчал.

- Слышь. А человечинку-то, так и хавал?

- Всё, Абрек, вечер воспоминаний, закончился. Выводить людей нужно, нам тут жить ещё, неохота вонью дышать.

 

  Мишка лежал у выхода со двора. Забился за какой-то ларь, завернувшись в старый овчинный тулуп Михеича.

- Ночи короткие сейчас. Могу не дождаться, когда Череп выйдет. Нужно первого же, кто выйдет, валить, и в избу врываться.- Размышлял Михаил. В избе, между тем, началось какое-то шебуршение. Мишка ужом выскользнул из тулупа, приготовил нож. Распахнулась дверь в избу.

- Ох бля! Темно тут, как у негра в заднице!

- Абрек, автомат возьми.

- Нахера? У меня нож с собой. Если лошок дёрнется, я ему уши обрежу, и жинке евонной скормлю.

Первым, на порог вышел Сергей. За ним его «конвойный».

- Давай, лошара, шлёпай на улицу.

Серёга вышел под дождь, его конвоир остался сторожить под крышей. Дверь в избу, медленно, под своей тяжестью, закрылась. Мишка неслышной тенью поднялся и подкрался со спины к Абреку. Шагнул чуть вбок и вперёд, вонзил нож под нижнюю челюсть. Не вынимая нож, приобнял его за пояс, подержал, пока не закончилась агония. Тихонечко опустил на пол. Затем подошёл к Сергею, зашептал ему на ухо:

- Серёга, это я. Будь здесь, не вздумай в избу зайти.

Затем обшарил труп, взял второй нож, взвесил в руке, взял его в левую руку. Подошёл к двери, тихонько её открыл.

 

В прямой видимости, за дальним концом стола, сидел Череп. Мишка с порога, метнул в него нож, не останавливаясь, прыгнул к столу, схватил лежащий на столе автомат, левой рукой вбил второй нож третьему бандиту в темя. Передёрнул затворную раму, из патронника вылетел, кувыркаясь, ранее досланный патрон. Всё это слилось в одно слитное, размазанное движение. Череп за это время опрокинулся вместе со стулом на спину. Брошенный Мишкой нож, прошёл в миллиметре от его лица. Бандит перекатился в угол, за сидевшую на стуле Зинаиду, вскочил и приставил к её шее клинок. Мишка застыл, держа на прицеле Черепа. В это время патрон долетел до пола, загремел. Первым нарушил молчание Череп:

- Ты откуда такой взялся, шустрик?

- Откуда надо.

- И что делать будем? Сам понимаешь, если выстрелишь, бабе я голову всяко отчекрыжу.

- Думать будем.

- Ну думай. Чьих всё же будешь? Такие спецы,- штучный товар.

- ОСО ГРУ. Бывший.

- Понятно. Знакомая контора. Дивер значит. Что надумал?

- Есть вариант. В километре отсюда, танкетка стоит, на которой я приехал. Баки почти полные. Ты уходишь, берёшь танкетку и уезжаешь.

- Я похож на дурачка? Как только я от бабы отойду, ты мне мозги сразу провентилируешь.

- Обещаю что отпущу.

- Угу. А я такой наивный! Обещаниям дивера, сразу и поверил.

- Заберёшь с собой Сергея.

- Это вариант. Ствол дашь?

- Дойдём до танкетки, там дам.

- И жратвы на дорогу.

- Не вопрос.

  В это время взревел двигатель УАЗа, и его звук стал быстро удаляться.

- Хе-хе. Твой вариант сделал ноги, похоже. Опять патовая ситуация.

Зина задёргалась на стуле, засверкала глазами.

- Зинаида, успокойся. Мы что-нибудь придумаем.

- Трудно тут что-то придумать. Муженёк её, явно за подмогой рванул. Да и я не могу часами в таком положении стоять. Либо ноги-руки затекут, и я ей горло располосую, либо звуки какие возле избы услышу. Тот же результат.

- Тогда и свои мозги, по стене расплещешь.

Череп рассмеялся:- А у меня богатый выбор? Что сейчас, что через пару часов, когда МВДэшные волкодавы приедут. По любому у них приказ,- живыми не брать.

- Не приедет никто. Река разлилась. Даже на ГТСке, я с трудом переправился.

- Вот же, ты сволочь злая!- Опять рассмеялся бандит.- Это ты мне танкетку предлагал, точно зная, что хрен куда я на ней уеду! Да ещё и дружка своего, со мной отправлял!

- Повезло бы,- прорвался. Я же прошёл. Ты давай позу смени, я за дверь выйду на минуту. Вариант с дрогнувшей рукой, нас обоих не устраивает.

  Мишка собрал два калаша и подсумки, не отрывая взгляда от противника. Перед выходом во двор, сказал:

- Учти, вне зоны я только твой угол оставлю, вздумаешь наперегонки с пулей скакать, я рад буду.- Пятясь спиной к выходу, проходя мимо трупа, так и сидевшего за столом, выдернул клинок из головы. Открыл выходную дверь, зафиксировал её ножом. Постоял с минуту за порогом, предупредил:

- Череп, я вхожу. Не дёргайся.

  Войдя в избу, увидел что надежда не сбылась. Бандит действительно переместился в угол, но за метр от него, сел тоже грамотно, стул поставил спинкой перед собой.

- Умный, падла.- прохрипел Мишка. Череп опять весело, белозубо рассмеялся:

- А ты надеялся, что к стеночке привалюсь? Чтоб ты в меня пулю всадил, а я назад не откинулся? Наивный чукотский мальчонка. Там, где ты учился,- я преподавал! Откуда погоняло моё знаешь?

- Попробовать, всяко нужно было. Про тебя командир рассказывал, майор Самохин.

- Самоху помню, неплохой парнишка. Где он сейчас?

- В 82м, под Газни погиб.

- Жаль.

  Всё время диалога, противники буравили друг друга взглядами, ловя малейшие движения, надеясь что противник ошибётся.

- Слышь. Может по-джентльменски разберёмся? Давай я один калаш с магазином под окном оставлю, ты в него прыгаешь, я в дверь. И поиграем в кто-кого?

- Ну что ты опять дурь несёшь? Я же не боевик. Навыки есть конечно, но в первую очередь, я скромный переводчик. Ну и рукопашник. А ты, как ни крути,- диверсант. И в бою, против тебя, у меня всяко шансов мало. О! Но здравое зерно здесь есть. Давай наоборот сделаем? Ты всем стреляющим железякам неполную разборку делаешь, и в окно их выкидываешь. Оставляем по клинку, и кто-кого. Идёт?

- А на ножах, у меня шансов нет.

- У тебя выхода нет. А шансы есть всегда. Но я тебе подслащу пилюлю, можешь верить, можешь не верить, но я не трону девочку с бабой. Если будет захват, то ничего не обещаю. Но если уйду, то их выпущу.

  Мишка прекрасно понимал, что рукопашник он аховый. Но! Но был один шанс. Если подставиться под удар, то можно успеть всадить клинок во врага. Обоюдная смерть, его устраивала вполне.

- Идёт. Не дёргайся, я сейчас автоматы занесу.

- Слушай. Может всё же разойдёмся? Ты двоих завалил, сделал всё что мог. Подгонишь сюда танкетку, и сдёргивай в лес. Дожди закончатся. Я в свою сторону, ты в свою разбежимся. Маму с дочкой я постараюсь не трогать, а папу ихнего, ты уже спас. Ведь если ты сдохнешь, то ничего к лучшему не изменится.

- Если сдохну, я уже не увижу ничего.

- Понятно. «Мёртвые сраму не имут.». Красиво. Но глупо.

  Занеся автоматы, Мишка у двух отсоединил магазины и выбросил в окно, затем выбросил сами автоматы. Положил клинок, захваченный от двери, перед собой на стол. Отстегнул магазин от своего автомата, так же выбросил в окно. Положил автомат на стол, и взял нож.

- Начнём?

- Ну сколько можно?! Передёрни затвор, и ствол в окно!

- Попытаться нужно было всё равно.- Буркнул Михаил. Передёрнул затвор, из патронника вылетел остававшийся там патрон. Выбросил автомат, и с клинком в руке, вышел на середину комнаты.

  Из угла, мягко ступая, с кошачьей грацией, вышел Череп. Крутнул в руке клинок, проверяя баланс, затем сразу же начал атаку. Уже через несколько секунд схватки, стало понятно, что Мишка уступает своему противнику. Уступает в скорости реакции, быстроте движений, в тактике боя. Если бы Череп захотел, бой закончился бы уже в первые 2-3 секунды. Он мгновенно атаковал, блокировал удары противника, тут же, из блока проводил контратаки. Сам не получив ни царапины, он уже нанёс Мишке три резаных раны. Самую опасную, он нанёс на контратаке, сблокировав своим клинком, нож противника, резанул Мишке по пальцам.

  Мишка понимал, что необходимо как можно быстрее заблокировать нож Черепа, дав ему нанести удар себе в грудь, и сразу же ударить самому. Ещё несколько секунд, ещё несколько ран, и он просто начнёт терять силы от потери крови. Оба клинка были Серёгины, и выебонистая рукоять, уже скользила в ослабевших от раны, пальцах. Мишка сделал решающий рывок вперёд, подставляя под клинок центр груди. Но Череп резанул по диагонали, и рывком разорвал расстояние.

- Герой! Ну герой! Прямо Талалихин!- Засмеялся бандит.- Задумка была неплохая. Хотел сдохнуть сам, меня с собой прихватив! Этого удовольствия я тебе не доставлю. Сейчас оцарапаю ещё пару раз, а когда ослабнешь, ногами забью. Как собаку.- И вновь атаковал.

  Отступая под градом атакующих ударов, Мишка увидел, как за спиной Черепа, тихо открылась дверь, ведущая в спаленку. Оттуда вышла заспанная Сашенька. На её левой ручке, были закреплены ножны с клинком, подаренным Мишкой. Ошеломлённо постояв мгновение, она закричала:

- Не трогай дядю Мишу!!! Гадина!!!- Выхватила клинок из ножен, и метнула в спину Черепа.

  Бандит остановился. Из руки выпал нож. Внезапная улыбка искривила уже мертвеющие губы. Тихо прошептал:

- А ты говорил, что нет шансов. Справедливость иногда случается…

 

Оценки читателей:
Рейтинг 0 (Голосов: 0)
 

12:45
1370
RSS
04:14
Снова с большим удовольствием прочла про приключения полюбившегося героя. Мишка уже стал как друг, встречи с которым всегда ждёшь. Спасибо за Мишку и возможность приятного чтения захватывающего произведения!!! rose
Гость
22:21
ПРОЧИТАЛ ВСЕ ЧАСТИ, ЧИТАЕТСЯ ЛЕГКО. УВЛЕКАЕТ. МНЕ ПОНРАВИЛОСЬ.
22:58
Благодарю за отзыв! Очень рад что вам понравилось!