Матушка Варвара.

                                           

                                                                            АЛЕКСАНДР КАТЕРОВ

 

 

 

 

 

            

            МАТУШКА ВАРВАРА

 

                                      РАССКАЗ

                                    (главы из романа)

 

 

Уже была глубокая ночь, когда я отыскал маленький домик матушки Варвары на окраине города. В окнах тускло горел свет, а в комнате в скромном гробу лежало ее тело.

Я не сразу узнал Варвару.

Маленькая и хрупкая она лежала в гробу с покрытой головой. На лбу у нее был бумажный венок с молитвой, а в руках она держала свечу, которая освещала небольшую икону Богородицы. Лицо ее было бледным и не выдавало никаких признаков жизни. У ее изголовья стаяла старушка в черном платке и читала толстую книгу с пожелтевшими листами. Голос ее был чуть слышен и казалось, что она просто что-то шепчет на ухо матушке Варваре.

Рядом у гроба находились еще две женщины преклонных лет.

Они сидели с поникшими головами и слегка посапывали.

Мое появление здесь осталось незамеченным и только огоньки восковых свечей задергались, почувствовав мое присутствие.

 

Я взглянул на покойницу; ее ровный и небольшой нос заострился, глаза провалились под веками, а белизна кожи придавали лицу смертельный оттенок. Но при всем этом ее спокойное и даже умиленное лицо, говорило об обратном. Было похоже, что Варвара просто спит глубоким и спокойным сном.

Ее облик мне показался раздвоенным, какая-то легкая и полупрозрачная пелена обволакивало ее тело. Я не придал своему наблюдению должного значения, списывая это на плохое освещение, которое давали несколько свечей своими дрожащими фитильками.

Мне очень хотелось встретить Варвару в своем мире, но поблизости ее не оказалось, как не было ее и в других комнатах дома.

 

Рядом за стенкой я нашел маленькую комнату с множеством икон. Это была сокровищница матушки Варвары. О ней много слышали, но мало кто ее видел. Даже ее сын Федька – дебошир и пьяница, боялся входить в эту комнату.

Рассказывали, как однажды он, будучи сильно пьяным пытался проникнуть в сокровищницу. На его пути встала Варвара, но пьяный детина оттолкнул мать в сторону и приблизился к двери. Она была заперта на ключ, но Федька, входя в раж, стукнул ее ногой. Та открылась, а он тут же упал без чувств.

Провалявшись больнице целый месяц, он стал сильно прихрамывать на эту ногу и с тех пор Федор стал сторонится жилища матери и обходил его стороной. Иногда выходя из своего флигеля, что был по соседству, он грозился спалить мать вместе с ее домом. Варвара не обижалась на сына, а только молила Бога о его спасении…

 

И вот я здесь в этой маленькой комнате с иконами.

В помещении стоял полумрак. Источником освещения служила лампада, висевшая у иконостаса. На небольшой деревянной полке перед образами лежала толстая развернутая книга. Икон было много и остановиться на какой-то одной, у меня не получалось.

Оглядевшись, мой взгляд упал на большую икону Спасителя.

Она находилась в центре иконостаса и освещалась огоньком латунной лампады. Иисус смотрел на меня своими добрыми и живыми глазами. В них наряду с добротой присутствовала и большая печаль. Я присмотрелся и заметил, как глаза Бога наполнялись слезами. Уже скоро одна из них скатилась по Его щеке. Следом по влажной дорожке, оставленной первой, сбежала вторая, потом третья и вскоре слезы Бога превратились в живительный ручеек.

На земле, в той жизни я слышал о таком чуде. О том, как мироточили иконы, принося своей влагой исцеление и очищение людям.

Я не поверил своим глазам и потянулся к Богу.

Коснувшись образа, моя рука не только не прошла через икону, а еще и почувствовала влагу. Когда я увидел у себя на ладони живительные капли, то сильно удивился. Ведь ничего подобного, за все время моего пребывания в этом новом мире, со мной не происходило. Ни дождь, ни огонь, ни лист, ни камень не могли мне служить препятствием. Я свободно проходил через стены и сухой выходил из воды.

А сейчас на своей ладони я ощущал чудотворную влагу. Более того, касаясь иконы, я чувствовал одежду Бога. Его влажная плащаница скользила по моим пальцам.

Я омыл свои глаза чудотворной жидкостью и заметил, как нимб за головой Иисуса засветился маленьким солнцем. Его лучи осветили сокровищницу и глаза святых посмотрели на меня.

 

От благодати, сходившей на меня, я прикрыл глаза.

Вдруг невидимая карусель закружила меня, и я оказался высоко в небе. Здесь я никогда не был и ничего подобного не видел. Меня окружало одно большое и яркое пространство. Приобретая новое зрение, я стал замечать, что за большим диском солнца, стоял необыкновенный город с высокими башнями и аркадами. Голубая река омывала золотой берег, а на зеленом лугу паслись экзотические животные. Цвели сады и аромат весны и лета доносился до меня с волшебными звуками Вселенной. В этой небесной музыке я слышал плеск прибрежных волн, весенние раскаты грома, веселый звон ручья и пение птиц. Здесь было все, что когда-то уже было со мной и то, что еще только предстояло мне узнать…

 

Вдруг громко ударили цимбалы и солнце взорвалось яркой вспышкой. Свет ослепил меня и радужные круги поплыли передо мной цветным калейдоскопом. Вскоре они исчезли, а небольшие искорки, разлетевшиеся по сторонам, продолжали свое свечение.

Я открыл глаза и заметил, что нахожусь в маленькой молитвенной комнате перед старинной иконой Иисуса Христа. Все свечи, которые находились в сокровищнице горели огоньками, освещая лики святых. Они вдруг посмотрели на меня, и я опустился на колени. Перекрестившись я взглянул в глаза Спасителя и заметил, что чудотворный ручеек на Его щеке высох, а взгляд стал живым и светлым.

 

Сильная вспышка осветила комнату и, когда прогремел гром все свечи в сокровищнице погасли. Помещение приобрело первоначальный вид, и одинокая лампада освещала лик Бога.

На полке у иконы лежала раскрытая книга и я приблизился к ней чтобы взглянуть на текст.

На пожелтевших листах были написаны строки на староцерковном языке, но я почему-то без труда стал читать:

«…истинно говорю вам: не придет род сей, как все это будет. Небо и земля прейдут, но слова мои прейдут. О дне же том или часе никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец. Смотрите, бодрствуйте, молитесь; ибо не знаете, когда наступит это время…».

Читая текст из Святого Писания, я вдруг услышал себя со стороны. Мой голос будто через ревербератор произносил фразы из текста, а эхо услужливо повторяло:

«… Смотрите, бодрствуйте, молитесь; ибо не знаете, когда наступит это время…»

 

 

 

В комнате, где лежало тело Варвары было тихо.

Старушка, читающая молитвы, уснула, уронив голову себе на плечи. Остальные тоже мирно сопели у гроба, не замечая, что свеча в руках Варвары догорела. Вдруг пальцы на ее руке дернулись от соприкосновения с горячим воском, а огонек свечи, оторвавшись от фитилька, пыхнув на прощание, потух.

Я замер и осмотрел тело Варвары.

Ничто не выдавало признаков жизни, ни один мускул не дернулся у нее на лице, когда я коснулся ее тела. Рука моя легко прошла сквозь нее, не находя ни малейшей преграды.

- Показалось. – Подумал я, а Варвара спросила:

- Ты кто?

Я оглянулся, но рядом ее не было и только три пожилых женщины у гроба подавали заметные признаки жизни.

- Ты кто? – Повторила вопрос Варвара, а я тихо ответил:

- Я Виктор.

- Я был как-то у вас, но Вы меня не приняли. – Напомнил я ей с легким упреком и добавил:

- Это было давно, когда я еще был другим…

 

Варвара лежала в гробу, а чуть заметный туман укрывал ее тело. Он не был прозрачным и бесцветным, переливаясь перламутром, в нем проявлялись легкие цветные оттенки. Что-то красное пульсировало у нее под руками, задавая тон всей ее небогатой гамме.

 

Это было ее душа, и она не покинула ее тела.

Варвара видела меня и разговаривала сейчас со мной так, как это делала моя мать, потеряв сознание у моего гроба.

- Зачем ты здесь? – Спросила Варвара.

- Я тебе больше не помощник. – Продолжал ее голос.

- Ты же умер!..

- Я не умер! – Поспешил возразить я.

- Смерти нет. И ты об этом прекрасно знаешь!

Варвара извинилась и сказала:

- Прости, но я рассуждаю по земному.

- Для многих смерть остается загадкой. Кто-то верит в нее, кто-то нет. Для кого-то это конец, а для кого-то начало.

- Все ты говоришь правильно. – Согласился я.

- Но скажи, зачем тебе это надо? Ты же живая!..

Варвара тяжело вздохнула и огоньки на свечах задергались и затрещали. Старушка у изголовья Варвары спросонья, что-то шепнула ей на ухо и опять засопела.

- Да, я все еще живу. – Призналась Варвара, а я возмутился:

- Но, как же так?

- Завтра твои похороны…

- Уже сегодня. – Поправила меня старушка и продолжила:

- Слышал, наверное, о моей болячке?

- Вот я и сплю, а проснуться не могу.

- А, как же врачи?

- А, что врачи? Пришла участковая, пульс пощупала и выписала заключение. Видно надоела я им со своим чудо сном. Если честно, Виктор, то я уже и сама поверила в свою погибель, только смотрю теперь – нет. Живая еще. – Рассказывала Варвара, а я спросил:

- Но, как же так?

- Тебя же похоронят! Живой закапают! Это же убийство!..

- На все Божья воля. – Вздохнула Варвара.

- Ни я первая, ни я последняя. Это участь многих стариков – быть погребенными заживо. – Обреченно заявила она.

- Но это же ужасно. – Не соглашался я.

- Безбожникам страшно, а за верующего Бог заступится…

 

Наступило молчание.

За окном редкие капли дождя барабанили по подоконнику, а где-то далеко прогремел гром. Ветер разорвал облака и в комнату заглянули первые лучи солнца.

Я смотрел на Варвару и удивлялся ее спокойствию.

Мне было страшно представить, каково было живому человеку проснуться в могиле?.. А она спокойно спала в гробу, не выдавая признаков жизни. Легкий туман покрывал ее тело и только красное пятно под ладонями Варвары, пульсировало и выдавала присутствие жизни.

- Матушка! – Окликнул я Варвару.

- А тебе не кажется, что это похоже на самоубийство?

- Нет не кажется – Бог тому свидетель.

- Но надо же что-то делать! – Не успокаивался я.

- Надо проснуться.

- Не могу, это сильнее меня. – Вздохнула Варвара.

Моя беспомощность выводила меня из себя и я, не находя решения быстро перемещался по комнате. Этим я невольно задул все свечи, потом разбудил старушек и на конец я вернул Варвару к жизни.

Нет, она не встала из гроба и не попросила о помощи подруг, она просто тихонько ойкнула и вспомнила о главном…

- Что же теперь будет? – Обеспокоенно произнесла она, когда женщина в черном поменяла свечу в ее руках.

- Что делать, Виктор?

- О чем ты, матушка? – Спросил я, замечая, как красное пятно разливалось в ее груди.

- Сын у меня Федька – пьяница. Он же без меня погибнет, он же все пропьет, а там иконы… - Причитала старушка.

- Господи! Боже мой! – Воскликнула Варвара и мне показалось, что ее услышали женщины, сидевшие рядом.

Они переглянулись и разом перекрестились.

- Господи, миленький мой, что же я наделала, – убивалась Варвара. – Что же теперь будет? Ведь пропьет, осквернит святыни – иконы мои, Федька богохульник.

Я заметил, как ее пальцы дернулись, а свеча выпала из ее рук.

Женщины перекрестившись, поправили обряд и зашептали:

- Да, ты никак проснулась, Варвара?

- Вставай, родная, утро на дворе.

- Нет. Представилась наша Варвара – умерла голубушка. – Заключила третья и продолжила читать молитву у изголовья покойной:

«Покой, Спасе наш, с праведными рабу Твою Варвару, сего всели во дворы Твоя, яко же есть, писано презирая яко Благ, прегрешение его вольная и не вольная, и вся яже в ведении и не видении, человеколюбие. Со святыми упокой, Христе, душу рабы Твоей Варвары, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная».

 

- Отпевают тебя, матушка.

- Живого-то человека? Не хорошо это. – Упрекнул я Варвару.

Пропустив мой упрек, она произнесла:

- Иконы спасать надо!

- Помоги! – Взмолилась Варвара.

- Подожди убиваться, матушка. – Успокаивал я ее.

- Ты завещание сделала?

- Какое завещание, Виктор? У меня и завещать-то нечего.

- Дом мой видел? А иконы я отцу Николаю обещала.

Она продолжала причитать, а я пытался ее успокоить:

- Ну сегодня он их не пропьет – значит время у нас есть.

- А иконы у тебя, Варвара, очень хорошие – чудотворные.

- Им место в храме. Нехорошо такое чудо от людей прятать. – Упрекнул я ее, но тут же осекся, глядя на бедную старушку.

- Помоги, Виктор, спаси иконы! – Просила Варвара.

Не простившись я покинул ее дом.

 

 

 

Было уже светло. Дождь закончился, небо посветлело, а город зашумел, как большой муравейник. Уже работали заводы и гудели автомобили, когда я услышал колокольный звон. Церковь приглашала прихожан на утреннюю службу и я, недолго думая, решил, что было бы хорошо для начала отыскать отца Николая. Он, наверное, уже знает о смерти Варвары. Предположил я и направился к храму.

 

Во дворе церковного дворика я услышал новости о Варваре.

Кто-то не верил в случившееся, кто-то соболезновал, роняя слезы, а кто винил во всей ее сына Федьку. Здесь же я узнал, что службу сегодня проведет дьякон Феофан, так как отец Николай уехал на похороны Варвары. Я с облегчением вдохнул, посчитав, что присутствие батюшки в доме Варвары, облегчит мое решение с иконами.

Когда прихожане стали наполнять церковь, внутри у меня что-то больно кольнуло, и я вспомнил, что ни разу в новой жизни не посещал храм. Это было для меня любопытно и удивительно.

- Почему? – Задавался я вопросом.

Мне даже и в голову не приходило это сделать. Ведь здесь, в этой церкви я последний раз молился и исповедовался. Здесь я почувствовал прикосновение Бога и от сюда ушел в мир иной…

- Так почему же я ни разу не вспомнил о храме? Почему не разу не остановился, пролетая мимо? – Мучал я себя вопросом.

 

Зайдя в церковь, я надеялся здесь получить ответ.

В стенах храма я почувствовал себя странно и необычно.

Я плохо управлял своими действиями, чувствовал предметы, а мысли потеряли былой объем. Здесь я приобрел вес, и будто находясь в вакууме я, оттолкнувшись от стены, хаотично передвигался в пространстве. Вдруг какая-то невидимая сила подхватила меня и закружила по кругу, и я стал медленно подниматься к верху. Обороты вращения увеличивались, и я быстро поднялся к самому купола храма.

Вскоре невидимый вихорь выбросил меня высоко в небо, и я оказался по ту сторону солнца. Его серебристый диск был у меня за спиной, а передо мной стоял удивительный город, который совсем недавно я видел с другой стороны.

Теперь я свободно мог разглядеть, что кроме башен и колон, в нем было множество необычных строений и домов. Скверы с голубыми озерами, реки с зелеными берегами и море разноцветных цветов, украшали широкие улицы этого города. До меня доносился необыкновенный аромат небесного мегаполиса. Я вдыхал этот запах и мной овладело чувство, которому не было объяснения.

Несколько раз я пытался приблизится к этому городу, много раз я пытался оторваться от места, но мои действия были напрасны, и я только любовался этим замечательным зрелищем.

Вдруг передо мной появился старец в серебристых одеждах.

Он, как облако спустился с небес, и я сразу его узнал.

Это был тот самый Святой с иконы, что когда-то мне показывал бомж у входа в городской сад, это был тот старец, который благословил меня на новую жизнь. Это был Даниил.

 

Он строго посмотрел на меня и сказал:

- Зачем ты здесь, ведь я тебя не звал.

Я пожал плечами, а он продолжил:

- Ты на правильном пути, Виктор, и тебя заметили.

- Только ты не опережай события. – Посоветовал он.

- Помни, всему свое время…

- А теперь ступай обратно и твори добро! – Старец махнул полой своего плаща, как крылом и испарился, а я стал медленно опускаться на землю, роняя серебристые искорки большого солнца.

 

Вскоре я оказался в храме у большой иконы Спасителя.

Бог смотрел на меня своими добрыми глазами и давал мне надежду на спасение.

Выйдя из церкви, я еще долго пребывал под впечатлением увиденного. Я ощущал на себе небесную благодать, необыкновенный аромат и истинный цвет солнца. В голове крутились слова Даниила: «Ты на правильном пути и тебя заметили…».

Я посмотрел в небо и заметил, что солнце стояло в зените.

Вспомнив о матушке Варваре, я метнулся к ней.

 

 

 

Во дворе Варвариного дома было людно. Гроб с матушкой грузили в катафалк, а люди что-то эмоционально обсуждали и с опаской посматривая по сторонам. Прослушав рассказ очевидцев, я понял, что причиной тому была пьяная выходка сын Варвары.

Федька, прощаясь с матерью, страстно признавался ей в любви и в порыве своих эмоций чуть не опрокинул гроб. Его оттащили от Варвары, а он в отместку стал бить стекла в доме своей матери. Сильные мужики успокоили дебошира и, связав его веревкой, оставили в сарае до своего возвращения с кладбища.

 

Когда процессия с телом Варвары двинулась на кладбище, я решил взглянуть на ее сына. Нашел я его на полу ветхого строения. Он катался по земле и грыз веревку, издавая не человеческие крики.

Федор походил на раненного зверя. Лицо его было мокрое от слез, а на губах выступала кровяная пена. Черный цвет его души бурлил, вырываясь далеко за ее пределы. В темной массе проскакивали и фиолетовые, и бордовые, и даже алые языки пламени. Душа его кипела от злости, а зубы яростно разгрызали веревку на его руках.

 

Когда похоронная процессия покинула двор Варвары, Федор успел освободился от ненавистных уз и радостно заревел.

С пеной на губах он метался по сараю упорно что-то разыскивая. Под кучей строительного хлама он нашел канистру с бензином, и я понял его намерения.

Выскочив во двор, он направился к дому Варвары.

Мне удалось его сбить с ног, но это только больше его разозлило и он, прыгая, как дикарь, поливал бензином все что попадалось ему на глаза. Было похоже, что рассудок оставил его и он, перемазанный бензином требовал спички.

С канистрой в руках он ворвался в дом и там, до смерти напугав женщину, нашел что искал. Старушка спаслась бегством, а Федька уже чиркал спичками, пытаясь поджечь бензин. Три раза я задувал пламя, отводя беду, но и одной искорки хватило чтобы огонь обхватило весь дом. Тут же загорелся и сам Федор. Он выскочил из дома и живым факелом носился по двору. Издавая истошные крики, он то подпрыгивал к верху, то катался по земле, но вскоре упал и затих.

Когда бездыханное тело Федора еще дымилось, я заметил, как его душа выскочила из тела. Темной тучей она проскочила по двору и провалилась под землю издавая звериный рев.

 

Деревянный домик Варвары был объят пламенем и его огромные языки не давали надежды на спасение жилища. Когда обвалилась кровля я вспомнил о сокровищнице.

- Что же я стою? Там же иконы!

Я бросился в горящий дом, но икон на месте не обнаружил.

Стены молитвенной комнаты были пустыми, а лампада, раскачиваясь на цепочке, освещала пустой иконостас. Я удивился увиденному и отправился на кладбище, чтобы сообщить Варваре о пожаре.

 

На небольшом старом кладбище, что находилось недалеко от дома Варвары, я быстро нашел траурную процессию. Отец Николай с кадилом стаял у изголовья покойной и читал молитву. Варвара лежала в гробу, не выдавая признаков жизни.

Выбрав удобный момент, я прошептал ей на ухо:

- У тебя дома пожар – дом горит.

Она меня не услышала, а я подумал, что она умерла.

Когда я не нашел ее рядом, то безнадежно проговорил:

- Федька тоже сгорел!..

Вдруг Варвара открыла глаза и произнесла:

- Федя, сынок!

Люди шарахнулись от нее и отступили к автобусам.

Священник перекрестился, а старушка, что читала молитвы в доме Варвары, спокойно сказала:

- Проснулась матушка, проснулась голубушка.

- Пошли домой, родная. Слава, Тебе Господи!

Варвара приподнялась в гробу и жалобно попросила:

- Люди добрые, помогите!

- У меня дом горит! Сын Федька! Иконы!..

 

По не многу люди стали приходить в себя, а когда заметили дым на окраине города, кинулись ей на помощь.

Уже в автобусе я успокаивал Варвару, рассказывая ей о чудотворном явлении. Я утешал ее тем, что иконы не сгорели, а таинственно исчезли. Я говорил ей о выходке Федьки, но она меня уже не слышала и всю дорогу молила Бога о прощении.

Когда автобусы подъехал к дому, то все заметили, что пожал был локализован. Еще дымились обгоревшие стены дома, а Варвара уже стояла внутри сгоревшей сокровищницы.

Икон не было, а на закопчённых стенах остались светлые отпечатки, где они висели. Эти чистые места не были тронуты сажей и даже штукатурка на них не потрескалась от огня.

Для многих исчезновение икон оставалось загадкой.

А отец Николай разъяснил:

- Господь не дал огню уничтожить святыни.

- Бог забрал иконы к себе. Благодари Бога, Варвара.

 

Пожарные машины покидали двор, а следователи прокуратуры все еще опрашивали свидетелей и очевидцев происшествия.

Когда два санитара поднесли носилках с телом Федора, Варвара заплакала и, упав на колени, простилась с сыном.

Позже я узнал, что в последствии Варвару приютила ее подруга и они, проживая вместе, возносили хвалу Господу Богу…

Оценки читателей:
Рейтинг 9 (Голосов: 1)

Статистика оценок

9
1

Не забывайте, нажав кнопку "Мне нравится" вы приглашаете почитать своё произведение 10-15 друзей из "Одноклассников". Если нажмут кнопку и они, то у вас будет несколько сотен читателей.

10:05
164
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!