Замок

Замок

Глава 1

 

И снова этот пернатый предвестник беды поднял Киру раньше будильника. Волнистый попугай по кличке Персик, как и полагается, за пять минут до звонка Сергея Ивановича, раскричался подобно одному из этих иностранцев из стран Африки и Азии, торгующих на местном рынке в самый разгар базарного дня. Неугомонная птица, наблюдая, как хозяйка, проклиная всё на свете, сбрасывает в сторону уже тёплое осеннее одеяло, пищит, словно пожарная сирена. Разумеется, питомец делает это исключительно с благими намереньями, принимая весь гнев Михайловой на себя, дабы та не обрушила его спросонья на начальника, однако капитан Уголовного розыска всегда считала своего подопечного, скорее не предвестником беды, а непосредственно самой бедой. Возможно, в чертогах разума она путала причину и следствие, будучи уверенной, что птица своим пронзительным криком притягивает звонки господина майора, призывая его звонить ей с самого утра отнюдь не справиться о здоровье.

 

Ну, вот. За окном ещё и ливень. Если начальник отдела сейчас и правду позвонит, а это уже неизбежно, да ещё и скажет ехать в такую погоду на другой конец города, или и того хуже – куда-нибудь в лес – то утро определённо можно считать испорченным. Однако, вспомнив, какой сегодня день недели, Кира поняла, что ждать от него чего-то хорошего и так бессмысленно, потому просто смирилась.

Вторник…

 

Положив заранее телефон в карман домашних спортивок, девушка последовала на кухню. Нет, не готовить себе завтрак. Первым делом он торопилась накормить Персика, и вовсе не потому, что она его так безумно любит. Просто, когда тот ест – то не издаёт свой противный, словно колокол чумы, звук.

Наполнив кормушку, она всё же поставила чайник и залила гречневую кашу молоком. А вдруг пернатый Нострадамус ошибся? Вдруг он просто был голодный, потому и раскричался на всю квартиру? И тогда она напрасно так рано встала.

 

Но увы, звонок не заставил себя ждать:

-Доброе утро, Сергей Иванович.

-Доброе, Кира.

-Куда ехать на сей раз?

-Никуда не нужно ехать.

-Как? – спустя две секунды выдавила из себя полицейская.

Голову заполонили самые разные мысли. Неужели он звонит сказать, что сегодня выходной? Или, может, выходной только у неё? Но утро вторника не могло преподнести какую-то приятную новость, ведь скорее в Африке пойдёт снег, чем это.

 

-Ты, напомни, в какой квартире живёшь?

-В каком смысле? – не совсем поняв вопроса? Спросила Михайлова.

-Номер квартиры?

-О-одинадцатый. – в недоумении ответила она.

-Это какой этаж? Третий?

-Ну, да. – она стала подозревать, что он уточняет её место жительства сугубо по делу, а не для того, чтоб наведаться с цветами и шампанским.

-Ты с Варламовой Любовью Алексеевной в каких отношениях?

 

Пытаясь прокрутить в голове знакомые ФИО Кира на мгновение задумалась.

-С бабой Любой?

-Ну, это уже вы между собой разберётесь, кто кому баба. А пока спустись к ней и опроси её. Следственно-оперативная, в составе которой твой друг Лисовой, уже выехала, но поскольку ты ближе всех, то быстренько её проведай и скажи, чтоб ничего в квартире не трогала до приезда полиции.

-А что с ней? – подумав о самом худшем, ужаснулась полицейская.

-Обокрали её.

-Когда?

-Вот это у неё и спроси! Зачем я тебя, по-твоему, посылаю? – логично подметил начальник. – Всё, у меня совещание в главке. Ещё по этой мерзкой погоде ехать.

 

В этом плане следователь отчасти радовалась, что преступление произошло в её подъезде и ей никуда не надо ехать, хотя сознание тут же внушало понятие, что радоваться здесь абсолютно нечему.

Одев джинсы, и для приличия сменив комнатные тапочки на кожаные ботинки, капитан спустилась на первый этаж, где встретила заплаканную, прижимающую дрожащими руками платок к лицу госпожу Варламову.

-Ой, Кирочка! – издали увидав соседку, бабуля едва ли не бросилась к ней в объятья.

-Спокойно, тёть Люба! Мои коллеги уже едут.

-Ты уже знаешь? Да?

-К сожалению, да.

Под сожалением, она подразумевала не столь трагедию, случившуюся с её давней знакомой, столько то, что это утро началось, мягко говоря, не с кофе.

 

Оказалось, что всю неделю, которая до этого дня была относительно солнечной, хотя и иногда прохладной, Любовь Алексеевна была на даче, собирая  в саду яблоки, и, разумеется, свой любимый Дамский пальчик. Вернувшись, она открыла ключом дверь и обнаружила, что в квартире всё перевёрнуто вверх дном. Столовые приборы из ящиков вывалены на пол, телевизор – единственная техника, что была в её комнате – пропал. Главное, что воры забрали золотые украшения, которые она хранила в вазочке в серванте. Добрались также до сбережений, которые, как и любая женщина её возраста, соседка хранила на «чёрный день».

 

Эксперт уже пытался найти какие-либо отпечатки на дверной ручке, однако, те, что он всё-таки обнаружил, скорее всего, принадлежат самой хозяйке. Помощник следователя старший лейтенант Лисовой дожёвывал заботливо сделанный женой бутерброд, который на данный момент заменял ему полноценный завтрак с семьёй, а следователь Михайлова, погрузив руки в карманы, осматривала квартиру. Следов взлома нет, ибо хозяйка сама открыла дверь. Окна тоже целы. На месте явно работал профессионал, который, непонятно как, проник в помещение и обокрал его. Но, почему именно эту квартиру? Ведь здесь живёт далеко ни миллионер, ни какой-нибудь бизнесмен, а обычная пенсионерка.

 

-А в этой комнате что-нибудь пропало? – спросила девушка у соседки, открыв дверь в соседнюю с ней комнату.

-В этой?

-Да, здесь была какая-нибудь техника? Или драгоценности?

-Ой, да я не помню уже.

-Как это не помните? – слегка удивилась Кира.

Старуха опустила взгляд, взявшись ладонью за лоб. Тяжело вздыхая, она до сих пор плохо себя чувствовала от произошедшего.

 

-Не помню я. Я давно уже сюда не заходила.

-А почему? – логично поинтересовалась следователь.

-Так эта комната… - бабуля замолчала.

-Что? Продолжайте.

-Ну, сдаю её иногда. За небольшую плату. Фактически задаром. Ну, ты сама понимаешь, какая сейчас пенсия. Только, я тебя прошу, Кирочка, не говори налоговой. Я ж с этой комнаты ничего толком и не имею. Одни убытки только от этих квартирантов.

-Да, успокойтесь вы. Никто ни в какую налоговую заявлять не станет.

-Ага, конечно. Вон чиновники эти – у каждого свой бизнес, и никто их не трогает. А пенсионерке стоит только на рынок вынести ведро груш продать – так сразу налетают дармоеды – тому заплати, тому дай. Как это называется?

 

Девушка с пониманием выслушала соседку. Больше всего её смущало, что и сама она в когда-то станет такой же, ведь так устроена жизнь, что лучшие годы тратятся непонятно на что, потому как кажется, что молодость вечна и всё простит. Вот только в старости остаёшься одинокой и никому ненужной бабкой, которая вынуждена выживать за счёт продажи фруктов с дачи и аренды собственной квартиры. И хорошо ещё, когда имеется что продать и сдать.

-А где сейчас квартиранты?

-Что? – не расслышала перебившую её Киру старуха.

-Вы говорите, что это комната для квартирантов. Так, а где ж они?

-Да, нет уже давно. Последний съехал две недели назад. Бандюган этот.

-В каком смысле бандюган? – ей стало явно любопытно послушать эту историю.

-Так, в прямом. Уголовник. За разбой сидел в своё время.

-Вот как?

 

История набирала новые обороты. Оказывается, на воистину низкую цену, за которую бабка сдавала эту крохотную комнатушку, постоянно клевали какие-то сомнительные «клиенты», которых она изобличала при первой же встрече, и тут же отказывала им в сдаче. Последний же комнатосъёмщик поначалу казался весьма приличным мужчиной в возрасте, работал на местном рынке грузчиком. Но, тем не менее, уже в первый месяц он существенно просрочил оплату жилья. И подобная практика продолжалась систематически. Иногда тот и вовсе рассказывал, будто уже заплатил ей, и что якобы она забыла, вот только все взносы за аренду у старухи чётко фиксировались в отдельной тетради, и потому ей приходилось буквально вытягивать из него деньги.

Женщина и не подозревала о его криминальном прошлом, пока однажды не увидела во дворе дома в компании двоих молодых людей, с характерными «росписями» на руках. Уголовные «перстни» выдавали их богатое прошлое, и по разговору Любовь Алексеевна поняла, что её квартирант – один из них.

После этого дома она прямо спросила о том, имеет ли он судимость, на что тот даже не стал ничего отрицать. На следующее утро она попросила его покинуть апартаменты. На его мольбы оставить его хотя бы на пару дней, пока тот не подыщет себе новое жильё потерпевшая была непреклонна. Закончилось всё угрозой вызвать полицию, и в итоге, со скандалом, мужчина покинул дом.

Но самое любопытное, что за неделю до своего выселения данный криминальный элемент якобы утерял ключ от квартиры, который выдала ему хозяйка, потому каждый раз стучал, чтоб та его впустила.

 

-Интересно. – подметил Миша, уже доевший свой бутерброд. – Потерял ключ, значит, говорите?

-Точно. Это он его, получается, припрятал где-то, а когда я уехала – обчистил меня. Вот скотина! – женщина, едва не расплакавшись, ударила маленьким сморщенным кулачком по стене.

-Что ж. А какие-нибудь данные этого вашего квартиранта у вас остались?

-Паспорт! – спустя секунды размышлений внезапно вскрикнула бабуля.

-Паспорт? – с недоумением спросила Михайлова.

-Ксерокопия! Я ж прежде чем кого-то здесь заселить требую у них ксерокс паспорта. Сейчас. Они-то у меня надёжно спрятаны.

Старуха потянулась к шкафу с книгами, но эксперт тут же встал у неё на пути.

 

-Мы здесь ещё не осматривали. – обратился криминалист к следователю.

-Она сейчас предоставит нам информацию, которая поможет найти злоумышленника по горячим следам. – настояла девушка на том, чтоб соседка взяла то, что ей нужно.

В старом советском справочнике лекарственных трав она хранила ксерокопии паспортов всех своих квартиросъёмщиков. Отсюда-то она и вынула чёрно-белую копию документа, удостоверяющего личность подозреваемого.

-Гомонюк Виктор Владимирович. 1970-го года рождения. Миш, позвони дежурному, пусть объявят в розыск.

-Понял. – кивнул Лисовой, взяв в руку бумагу, параллельно доставая свободными пальцами телефон.

-Так, вы можете вспомнить хоть что-нибудь, что могло пропасть в этой комнате? Нам нужно для описи. – снова обратилась к потерпевшей следователь.

-Ой. Что же здесь было-то… - бегая глазами по комнате, бубнила под нос баба Люба.

-Просто, когда мы этого вашего квартиранта накроем, то чтоб могли в точности вернуть вам всё ваше имущество. Ведь если он занимается этим профессионально, то, наверняка, у него там целый склад ворованного.

-Ой, да не помню я. В последний раз ещё когда Гриша мой жив был, то он тут технику и устанавливал. Помню, телевизор принёс, чтоб за аренду дополнительную плату брать. Приёмник тут поставил, магнитофон. Вот только ты ж помнишь, как мы семь лет назад его хоронили. А с тех пор я сюда и не заходила.

-Помню. А кто до этого Гомонюка здесь жил? Если вы сюда не заходили и ничего не меняли – может он помнит и сможет описать пропавшее? – озвучив неплохую идею Кира повернулась лицом к женщине.

-Ой. Да, может быть. Ты права. До него здесь такой парень хороший жил. Молодой студент. Вежливый такой, платил всегда вовремя. Если нужно было помочь – никогда не отказывал. Потом, правда, съехал всё-таки. Но, такой приятный молодой человек был. Интересно, где он сейчас.

-А как его зовут?

-Ой, дай Бог памяти. Коля! Нет-нет. Кирилл. Или как-то так.

-А его ксерокопии паспорта у вас нет?

-Да есть. Почему ж нет? – женщина от волнения совсем забыла о своей привычке коллекционировать копии документов.

 

Достав трясущимися от спешки пальцами бумагу, Любовь Алексеевна протянула её следователю.

-Кириллов Иван Иванович.

-Ваня! Да, точно. – шлёпнула себя ладонью по лбу.

-А номера телефона его у вас нет?

-А вот. – бабуля выхватила у девушки листок и перевернула его обратной стороной кверху. – Вот, я их просила сразу и номер мне свой оставлять.

 

Внезапно капитана осенило.

-Миша! Миша!

-Что? – помощник оторвался от телефона, по которому, судя по всему, уже общался с супругой.

-Переверни листок!

Растерянный Лисовой метнул взгляд по сторонам, затем, сообразив, взглянул на бумагу в руке с обратной стороны.

-Номер?

-Да.

-Его?

-Да.

Мигом набрав номер специалистов старлей затребовал отследить, где сейчас находится владелец данного номера. Шансов конечно было 50/50, однако попробовать стоило.

 

Пока полицейские дожидались ответа, старуха предложила господам сделать чай.

-А ты, Кирочка, как? Как поживаешь?

-Всё хорошо, Любовь Алексеевна.

-Так после смерти Оси никого и не нашла?

-Я и не искала. – с долей раздражения ответила Кира.

-Ну, зря ты так. Это я вон уже старая карга, после смерти деда кому я надо. А ты ж вон – молодая ещё совсем. Так и будешь до старости сама?

-Мне и так хорошо. – сдержанно бросила Михайлова, намекая старухе, чтоб не лезла не в своё дело и не напоминала ей о покойном муже.

-Ай, такая пара хорошая была. – возможно почувствовав, что перегибает палку, бабуля решила смягчить разговор.

-Телефон отключён. – внезапно ворвался с новостями на кухню Михаил.

-Кто бы сомневался. – невзначай ответила полицейская. – Что ж, будем искать по месту прописки, авось так себе ничего и не подыскал пока. Что там в паспорте указано?

-Село Камянка, Раздельнянского района.

-Понятно. Значит, нужно отправляться туда, предупредив заранее местного участкового.

 

Глава 2

 

Разумеется, в Камянке Гомонюк не появлялся уже давно. На сегодняшний день там живёт лишь его престарелая мать, которая утверждает, что с сыном давно не виделась и где он – не знает. Соседи также давно не видели Виктора, потому, о нынешнем его местоположении неизвестно, и в итоге данного субъекта прошлось объявить в розыск.

 

Вернувшись в кабинет, капитан Михайлова уселась за свой рабочий стол, и, облокотившись об него руками и массируя виски, пыталась вспомнить, что хотела сделать.

Парень! Точно, где его номер? Нужно позвонить ему и пригласить для дачи показаний. Возможно, он сможет описать предметы, находившиеся в той комнате до взлома. Отыскав его номер, девушка набрала его на смартфоне. В трубке послышались гудки.

-Алло! – в динамике внезапно раздался молодой и действительно приятный голос.

-Алло, Иван Иванович?

-Да, слушаю вас!

-Меня зовут Кира Михайлова, я капитан Уголовного розыска Шевченковского РУВД. Скажите, вам удобно говорить?

-Да, что случилось?

-Скажите, вы ведь снимали комнату у гражданки Варламовой, примерно в августе этого года?

-Да! Снимал. – взволновано произнёс голос.

Любой, кому вот так посреди вечера звонят из полиции и задают вопросы, будет волноваться, однако такова специфика работы, и в частности, капитана Михайловой. Данная привычка вырабатывается с годами у всех, кому приходится по долгу службы контактировать с разного рода социально-нестабильными элементами, потому, данный тон – это уже не образ полицейского, а закоренелая привычка. К тому же день выдался весьма тяжёлый, и девушка не была расположена к любезностям, а лишь методично выполняла свою работу.

-А в чём, собственно, дело?

-Дело в том, Иван Иванович, что Любовь Алексеевну обокрали.

-А я здесь причём? – возмущённо вопросил собеседник.

 

Здесь капитан поняла, что разговор в такой манере со свидетелем будет контрпродуктивным, и заметно понизила тон.

-Да, я не говорю, что вы причём. Просто, было бы полезно, если б вы подъехали завтра в райотдел и ответили на пару вопросов. Скажите, вам удобно часам к десяти утра? Где вы сейчас проживаете? По месту прописки? – Кира остановила взгляд на ксерокопии документа, которую одолжила у соседки, где местом регистрации Кириллова был посёлок Беляевка.

-Да, хорошо, я подъеду.

-Замечательно. Спасибо.

-Не за что.

-Я соседка Любови Алексеевны, с третьего этажа, если помните меня. – пытаясь успокоить волнение парня добродушно произнесла следователь.

-Не помню.

-Ну, да, логично, я вас тоже. – с застенчивой улыбкой ответила она, не понимая, зачем вообще перешла на эту тему. – Она отзывалась о вас весьма положительно, и мы надеемся, что вы сможете помочь нам в этом деле.

-Хорошо, да. В 10 утра?

-Да.

-Понял, тогда до встречи.

-Всего доброго.

Положив трубку, девушка задумалась, что всё-таки что-то в этом голосе приятное есть. На фотографии документа ещё совсем юное лицо с карими, словно ночь глазами. Ну, хотя бы, теперь можно будет примерно узнать, какие именно вещи пропали из квартиры бабушки.

 

 

Войдя в подъезд после работы, Михайлова столкнулась с Варламовой, открывающей дверь квартиры, ещё утром бывшей местом преступления. Женщине совсем не хотелось возвращаться домой, где теперь она не могла чувствовать себя в безопасности. А что, если преступник снова вернётся этой ночью, и на этот раз навредит самой хозяйке?

«Мой дом – моя крепость» - крылатая фраза, вытекающая из известной в англосаксонском праве Доктрины крепости, она же – Доктрина замка, описывающая территорию, имеющуюся на законных основаниях у владельца как неприкосновенную. Но, что если «замок» всё-таки атакован врагами, не смотря на всякие доктрины и законы? Что если теперь нет возможности чувствовать себя хозяином в собственном доме? Да ещё и на старости лет.

Определённо отвратительное чувство. Заприметив соседку, бабуля сразу вступила с ней в диалог:

-Уже с работы? Да?

-Да. День выдался тяжёлым. – Кира попыталась с первых слов намекнуть, что не расположена к душевным разговорам.

-Нашли его?

-Нет. По месту прописки гражданин Гомонюк не проживает, потому занимаемся его поисками.

-Понятно. Может, зайдёшь на чашку чая? – предложила женщина.

Полицейская понимала, что после случившегося бабе Любе теперь страшно оставаться в квартире одной, и ей было по-человечески её жаль. Однако, Кира сразу представила, как бабуля по простоте душевной начнёт задавать глупые и неуместные вопросы. Снова напоминать ей про Осипа и упрекать в том, что после его смерти она ни с кем не заводит отношений. В итоге девушка ляжет в плохом настроении спать, а завтра снова на работу. Потому, она решила вежливо отказать потерпевшей в составлении компании. В конце концов, не полезет же вор в уже обворованное жилище, потому как это глупый и неоправданный риск.

 

Понимала её Михайлова, потому как самой не особо хотелось возвращаться в пустую квартиру, где когда-то её ждал супруг. Если быть точнее, ей не всегда было уютно с ним под одной крышей. Нет, не из-за скандалов и недопонимания – этого в их жизни почти никогда не было, а просто она ощущала боль, наблюдая, как он страдал в последние месяцы жизни от этой жуткой болезни, от которой никто не застрахован. Как сильно исхудал, каким нервным стал. И всё равно, не смотря на это, она любила его и была с ним до конца дней.

После его смерти, единственным мужчиной, которого она безумно любила, не взирая на его не менее скверный характер, был Персик. Именно поэтому, не обращая внимание на усталость, она, присев на корточки и надев длинные перчатки, чистила ему клетку, испачканную за день. Уход за пернатым питомцем – та самая рутинная работа, которая разбавляла криминальные будни следователя Уголовного розыска. Ведь у Лисового есть семья, жена Дина, которая заботится о нём, словно о младенце, выглаживая ему рубашки и готовя завтраки, а у Киры…

У Киры попугай забавный.

 

Глава 3

 

Следующее утро обозначилось тем, что гражданин Кириллов так и не явился для дачи показаний. Возможно, у него было много дел и он попросту забыл, поэтому Кира Валентиновна решила набрать его снова, дабы поинтересоваться о его местонахождении. К её неприятному удивлению номер абонента был отключён, и она решила подождать несколько часов. Ведь вчера же он был ещё в сети. Возможно, телефон сел, и Иван сейчас где-то плутает, пытаясь найти Шевченковский райотдел.

Однако, во второй половине дня, ближе к вечеру, данный номер по-прежнему не обслуживался, и следователю это, мягко говоря, не нравилось.

-Поехали! – резко вымолвила Михайлова, встав из-за стола и набросив чёрное пальто.

-Куда? – искренне удивился Лисовой, едва не подавившись чаем, который он обычно сёрбает заполняя рапорта.

-В Беляевку!

-Зачем?

-За свидетелем! – девушка всем видом ставила подчинённого перед фактом, что они сейчас собираются и выезжают, нравится это тому или нет.

-Да, ну, не зачем вы так переживаете? Неявка свидетеля – это не самая главная наша проблема на сегодняшний день.

-Не бывает неважных проблем, Михаил. Бывают разные возможности решить их.

-В каком смысле? – Лисовой застыл в недоумении.

-Ну, вот, смотри. Для тебя проблемно купить в магазине шоколадный батончик?

-Ну, как сказать.

-Скажи как есть.

-Да, вроде бы ничего сложного. А что?

-Вот. Для тебя это не составит труда. А вот Петровичу – местному бомжу, которого сегодня утром доставили за хулиганство – это проблемно. Ему хлеба купить не на что, а про батончики он и думать не станет.

-Да, конечно. Он, скорее, пузырь купит, или хотя бы остограмится сутра.

-Во-от! А вот тебе слабо набухаться сутра и разбить витрину магазина женского белья, как это сделал он?

-Да, чтоб меня из органов выпроводили?

-Вот, о том и говорю. А это уже проблема для тебя.

-Ну, вы, конечно, загнули, Кира Валентиновна. Так и в чём же здесь проблема, что свидетель не явился?

-Ну, для тебя это никакой погоды не сделало. Наоборот – меньше бумаг заполнять, крошки со стола убирать не придётся. – после этих слов Михаил засмущался и смёл следы своего полноценного обеда. – А вот для Любови Алексеевны любое продвижение в деле – радость. Ибо про нас и без того говорят, что мы здесь все дармоеды и бездельники.

-А, так это тогда скорее проблема для вас. Ведь это вы с ней в одном подъезде живёте, и вам неловко, когда она спрашивает, есть ли продвижения в деле.

-Миша! – выждав паузу, Кира суровым взглядом просверлила помощника. – Не трепай мне душу!

-Вот так всегда. – Парень задвинул стул и надел кожаную куртку, выискивая глазами на столе ключи от автомобиля.

 

Спустя пять минут коллеги уже ехали по дороге, направляясь в посёлок в области. Дождь барабанил по крыше, потому дворники монотонно ёрзали по лобовому стеклу, издавая противный скрип.

-Скажите, Кира Валентиновна, почему вы так беспокоитесь за это дело? Только потому, что она – ваша соседка?

-Она досматривала Осипа. – выждав паузу ответила девушка, не сводя глаз с мёртвой точки впереди себя.

Подчинённый, поняв всё, счёл уместным промолчать, и просто следовать по мокрому асфальту вперёд.

 

В Беляевке, на удивление, было сухо и солнечно. Такое ощущение, будто это избранный уголок области, где царит покой и гармония. По месту прописки дверь полицейским никто не открыл. Возможно, он где-то в городе, и у него сел телефон. И он вот-вот вернётся домой. Но всё равно, как-то внутри у девушки было неспокойно, и она не могла понять от чего.

Выйдя из подъезда двухэтажного дома Кира заприметила завсегдатых обитателей, блюстителей закона и порядка, местных СМИ, или просто – бабушек у подъезда. Они-то наверняка в курсе всех перемещений аборигенов, не говоря уже об их генеалогических истоках и подробностях личной жизни каждого, кому не повезёт попасться их взору. Такие бабули есть везде: в городах, в сёлах – они всё и про всех знают. Ну, или, по крайней мере, уверены, что знают. А чего не знают, так бурная фантазия здесь в помощь.

 

-Добрый день!

-Здравствуйте! – хором ответили старухи, наконец дождавшись обращения к себе девушки, давно мозолившей им глаза.

-Простите, а гражданин Кириллов здесь проживает? Правильно?

-Правильно. А вы ему кем приходитесь? – по простоте душевной не обладая чувством такта спросила та, что в бирюзовом платке и белом шерстяном кафтане.

-Меня зовут Кира Михайлова, я следователь Уголовного розыска. – сухо ответила капитан протягивая бабулям удостоверение.

Разумеется, визит полиции к соседу не может не вызвать ещё большего любопытства у столь голодных к информации субъектов.

-Батюшки… - прикрыв рот рукой отпрянула женщина. – А что вам от него нужно?

-Скажите, когда вы его видели в последний раз?

-Ой, Митрофановна, а когда ж мы его видели? – обратилась одна к другой.

-Так вчера ж и видели, когда он с нашего магазина местного возвращался с торбой огромной.

-А сегодня вы его встречали? – уточнила Кира.

-Да, нет вроде бы. Сегодня не видели. Может он сутра ушёл куда-то.

-Понятно.

 

Михайлова посмотрела безнадёжным взглядом на Лисового, который стоял в стороне, расстегнув на груди куртку. В этом посёлке было на порядок теплее, чем в областном центре. Здесь наблюдалась та самая золотистая осень, где кленовые листья опадая отражали солнечный свет, заполняя всё ярко-жёлтыми красками.

-Скажите, он здесь сам живёт?

-Да, сам. Родители, знаете, умерли его года два как – разбились в аварии. Он на тот момент уже совершеннолетний был, потому и остался жить в квартире сам. Правда, после случившегося, пришлось ему учёбу бросить. Сразу работу нашёл в городе. Молодец такой парень, старательный, всё сам на себе тянет.

-А говорил, что студент – обратилась она к Мише.

 

Возможно, в такой ситуации не стоит афишировать жизненные обстоятельства, ибо не всем понять каково это остаться совсем одному в этом мире. Кто не знает – просто начнут проявлять жалость, чего, скорее всего, парню совсем не хотелось. Ведь без образования вряд ли он мог устроиться на престижную должность, а говорить о том, что ты официант или грузчик – не каждому хочется, хотя и в этих профессиях ничего постыдного нет.

-Значит, говорите, что сегодня его не видели? – снова обратилась к бабушкам полицейская.

-Да, нет. Сегодня вроде бы нет.

-Странно. – смутные мысли прокрадывались в её разум.

Вчера по телефону он точно сказал, что этим утром будет у них, а сегодня пропадает без следа и телефон его весь день выключен.

-Так, а он что-то натворил? Куда-то вляпался? – искренне запереживали за парня бабки.

-Да, нет. Никуда он не вляпывался. Просто нужно задать ему пару вопросов в надежде, что он нам поможет, вот и всё. – Кира поспешила успокоить старух, дабы не сеять семя для пустопорожних слухов, портящих репутацию парню в столь небольшом населённом пункте.

-Хух, а то уже не знаем, что и думать. Сутра его какой-то тип искал, теперь вы.

-Какой тип? – внезапно оживился Михаил, до этого безразлично обводивший взглядом двор.

-Да в том-то и дело, что такой он какой-то на вид… - бабуля попыталась что-то изобразить руками, похожее на крупную неказистую фигуру.

-Какой?

-Ну, сами понимаете.

-Подробнее? – уже проявила своё любопытство Михайлова.

-Ну, будто из ваших он.

-Полицейский?

-Нет, наоборот.

 

Коллеги переглянулись. Неожиданно, старший лейтенант потянулся в карман за смартфоном, где отыскал фотографию поданного в розыск Гомонюка.

-Не этот, случайно?

Бабульки, прижимая поплотнее очки, рассматривали на дисплее, боясь прикоснуться к нему руками, фотографию уголовника.

-Да, вроде он. Точно он! Вот только здесь он немного моложе.

 

Неожиданный поворот.

Вот почему Кире всё это время было так беспокойно. Но зачем? Для чего подозреваемый искал свидетеля? Неужели тот может знать что-то большее, чем список вещей, украденных из квартиры? В эту минуту возникло множество вопросов, ответы на которые найти не представлялось возможным.

-Ну, конечно, моложе. Лет на 8, когда в последний раз заехал к нам в гости за разбой. – как обычно не теряя остроты мышления ответил Лисовой, пряча телефон с фотографией из личного дела преступника в карман.

 

По дороге назад Михайлова пыталась упорядочить бурлившие в голове мысли. Вчера она общалась со свидетелем, а сегодня утром он бесследно пропадает, при том, известно, что его до этого искал подозреваемый по делу об ограблении квартиры. Стало быть, Кириллов – и правда важный свидетель.

Ей было страшно осознавать, что поиск Гомонююком Кириллова и его исчезновение как-то взаимосвязаны. Если он всё же нашёл свою жертву, то что он с ней сделал? И где теперь он сам?

Известно было лишь одно – нужно как можно скорее схватить Гомонюка, пока он ещё не натворил чего-нибудь.

 

Они вернулись в город затемно. Лисовой настаивал, чтоб подвести начальницу прямиком к подъезду, но та упорно отказывалась. Ей е хотелось, чтоб соседи, в том числе баба Люба узрели, как её подвозит на машине мужчина. И хотя до этого он часто подбрасывал её домой, сегодняшний день внушил ей озабоченность по поводу того, что видят и думают соседи. В итоге, она сочинила байку о том, будто ей ещё нужно было зайти в магазин за продуктами, потому девушка попросила высадить её на тротуаре.

Войдя во двор, Кира услышала, как в кармане зазвонил телефон. Неизвестный абонент сделал вызов и тут же отключился. Продолжая шагать к подъезду, следователь попыталась перезвонить на этот номер, однако на другом конце телефон был отключён. И это спустя минуту после звонка.

 

Ей стало беспокойно. В голове роились мысли, в том числе самые невообразимые. Что если это Кириллов, находясь в заложниках у Гомонюка, попытался было набрать её и позвать на помощь, но тот выхватил трубку и разбил? Или, может быть, кто-то другой ошибся номером. Она решила не брать в голову этот факт и пришла к выводу, что если позвонил раз – позвонит и снова.

 

Неожиданно, краем глаза девушка заметила следовавшую за собой на расстоянии громоздкую мужскую тень. Человек преследовал её уже неизвестно сколько, и только спрятав телефон в карман она обнаружила, что её «ведут». Он не приближался к ней слишком близко, но и не отставал. Ещё и во дворе, как обычно, оказалось очень темно, но при свете луны она увидела то, что её серьёзно насторожило.

В руке у преследователя сверкнул продолговатый тонкий предмет, похожий на трубу или небольшой ломик.

Не подавая виду, она топала привычным шагом к подъезду, в это же время фигура начала приближаться всё плотнее, буквально наступая девушке на пятки. Неожиданно, рука с трубой поднялась над её головой, произведя увесистый размах и резким рывком направила орудие в область затылка.

Глава 4

 

-Говорил же, давайте подвезу до самого подъезда, так нет. – Миша ещё тогда понял, что её рассказ о необходимости зайти в магазин – не более чем выдумка, но всё же не стал спорить.

-Миша, успокойся!

-А если б он вас убил?

-Ну, как видишь, жива. Да и к тому же, не хватало ещё, чтоб Дина мне потом глаза выцарапала.

-Дина, как узнала, что с вами случилось – накричала на меня по телефону за то, что не довёз до двери.

Женская солидарность. Жена Лисового всегда отличалась отзывчивостью и пониманием, потому, её беспокойство о начальнице мужа вполне объяснимо.

-Он хоть живой?

-Да, вроде дышит. – ответила Кира наблюдая, как бесчувственное тело увозит каталка скорой.

 

Полчаса назад, когда маньяк замахнулся увесистой металлической трубой над головой Михайловой и уже готов был нанести сокрушительный удар, девушка резким движением руки перехватила атакующего и, сместив его центр тяжести, повалила на землю. Труба выпала и звонко ударилась об асфальт. Нападающий тут же попытался вскочить на ноги и схватиться за оружие, дабы закончить начатое, однако полицейская, оказавшись вдвое меньше и четыре раза проворнее своего противника, схватила инструмент и в тот же момент «угадала» ему прямо в висок, от чего мужчина, словно мешок картошки, рухнул на землю, распластавшись вдоль стены.

 

Капитан сразу же вызвала скорую, разумеется, не себе, и вместе с ней следственно-оперативную группу. Михаилу она не звонила. За неё это сделал капитан Павлов. Подобно своему однофамильцу, офицер обладал светлой головой и аналитическим, почти научным подходом к своей работе. Осматривая жертву, коей оказался в итоге нападавший, следователь узнал в нём некого гражданина Скрипника, имевшего в определённых кругах прозвище Арматура, ранее отбывавший срок за разбойное нападение.

-Уголовщина совсем страх потеряла. – констатировал факт полицейский.

-Да, Олег Григорьевич, и не говорите. – ответила девушка Павлову. – Может это он мою соседку и ограбил. Позвала бы, вот только свет в квартире не горит у неё. Наверное, ушла куда-то.

-Вы, Кира Валентиновна, в следующий раз поосторожнее будьте. Так ведь и убить нетрудно. А улику мы изымаем. Пока он в больничке полежит под нашим присмотром, а на утро, как в сознание придёт, я его и допрошу. А вы пока отдыхайте.

-Спасибо, Олег Григорьевич.

 

Действительно, уж больно много криминальных преступлений с участием лиц ранее судимых за разбой. Конечно, разбойники были во все времена, потому как «отжать» имущество гораздо проще, чем незаметно его украсть и уж тем более, чем выудить его мошенническим путём. Потому в местах не столь отдалённых и формируются отдельные касты, пользующиеся разной степенью уважения среди заключённых. Чем более продуманное преступление, тем уважаемее на зоне арестант.

Поэтому, видимо, Гомонюк и решил эволюционировать, «поднявшись» от типичного разбойника до вора-домушника. Хотя, такое бывает крайне редко. Обычно преступники действуют уже «проверенным» способом, в особенности, если он лёгкий и не требующий долгого планирования. Это-то и смутило Михайлову.

С какой целью Гомонюк ограбил старуху, у которой до этого снимал комнату? Ведь он знал, что у неё поживиться особо нечем. Да и к тому же, если б ему нужны были деньги – он бы мог просто ограбить её, или кого-нибудь другого на улице, как это только что попытался сделать Скрипник. А если он сделал это из мести? За то, что бабуля выгнала его из квартиры, нет дав подыскать новое жильё? Но опять же, мстить таким изощрённым способом – это не в стиле разбойника. Плюс ещё зачем-то охотиться за свидетелем. Что-то здесь было определённо не то. Либо Гомонюк и правда поумнел, при том на столько, что его план не способны понять даже следователи Уголовного розыска, либо он и сам ещё не до конца понял свой план.

 

На утро Павлов позвонил Кире сообщив, что Арматура очнулся и он уже успел его допросить. Также отметил, что если она сама хочет с ним побеседовать, то пусть приезжает в больницу.

В коридоре травматологии она встретилась с коллегой и коротко выяснила подробности его показаний:

-Говорит, что увидел красивую девушку и решил познакомиться, а она его, мол, сразу на землю повалила.

-Он всегда ходит знакомиться с противоположным полом, беря с собой стальную трубу? Или это на случай, если вдруг откажет? – состроумничала Михайлова.

-Говорит, что трубу прихватил с работы для хозяйских нужд. А работает он, как мы уже проверили, слесарем в мастерской. – отметил Олег Григорьевич.

-Любопытно. Видимо, дела у мастерской идут не очень, раз он взялся за старое.

-Возможно, но это ты можешь и сама у него спросить.

 

Попрощавшись с коллегой, Кира прошла мимо дежурившего у двери полицейского и вошла в палату. На кровати она увидела громоздкую фигуру с перебинтованной головой. Его пустой взгляд уставился на облупившуюся больничную стену, и не сразу перевёлся на гостью, когда та зашла.

-Добрый день.

-Здравствуйте. – подвёл глаза Арматура на гостью.

-Гражданин Скрипник?

-Да.

-Меня зовут Михайлова Кира Валентиновна, я следователь Уголовного розыска Шевченковского РУВД. – продекламировала офицер, намекая на всю серьёзность ситуации.

-Я ж уже всё вашему коллеге рассказал.

-Ну, расскажите теперь мне, с какой целью вы решили на меня напасть.

-А, так это вы? – неожиданно спохватился больной.

Его глаза застыли в недоумении.

-А вы что же, обратили внимание на девушку, решив с ней познакомиться, а лица не запомнили? – решила подловить преступника на его же истории.

-Ну, знаете, вы меня так огрели, что в голове всё перемешалось. – выкрутился подозреваемый.

-Скажите, господин Скрипник, вы всегда знакомитесь с женщинами таким образом?

Собеседник замолчал, понимая, что всё, что он сейчас скажет, может быть использовано против него, и в палате воцарилась тишина.

 

Кира также понимала, что её новый знакомый не скажет ничего такого, что могло бы её каким-то образом удивить, потому решила не тратить попусту время. Однако, чтоб не приехать сюда зря, следователь достала из кармана смартфон с фотографией из ориентировки.

-Узнаешь его? – Кира ткнула мобильный ему перед лицом.

Тот, долго фокусируя отрешённый после травмы головы взгляд, всё же выдал:

-Биток!

-Кто?

-Витька Биток.

-А по фамилии?

-Ой, если б я помнил. Как-то на «Г». Но, чтоб не сказать чего оскорбительного, говорить не буду. Не помню, ей Богу.

-Гомонюк. – сухо ответила Михайлова, пряча под белый халат телефон.

-Во, да. Говорю же, легко ошибиться.

-Как близко вы с ним знакомы? Так понимаю, вы в ваших криминальных кругах знаете каждого? И почему Биток?

-Биток – потому, что отбитый на всю голову. За кривое слово может запросто голову снести. И нет, я с такими дружбу не вожу. Я вообще, знаете, рабочий человек. Слесарем работаю. А вы мне здесь какие-то криминальные связи шьёте.

-Во-первых, Скрипник: если вам что-то шьют, то значит, есть за что. Как минимум за нападение на полицейского.

-При исполнении? – коварно подметил уголовник, надеясь, что данное обстоятельство как-то смягчит его наказание.

-Я, да будет вам известно, всю жизнь при исполнении. И если надо, то посреди ночи приступаю к исполнению обязанностей. – дала вразумительный ответ на его любопытство.

 

Улыбка с лица мужчины исчезла от того, что понял, в какую ситуацию влип.

-Скажите, когда вы видели его в последний раз, и как его можно найти?

-Да, говорю же вам. Я с больными на голову общих дел не имею. У меня своя жизнь – у него своя. Знаю его, потому что, как вы сами сказали, в нашей среде слухи ходят быстрее, чем… - Скрипник задумался, как бы покорректнее изложить данное пошлое выражение. – Чем ток по проводам.

-Вы знаете, где его найти?

-Не знаю, и знать не хочу. Говорят, он одному моряку за эмоциональное флотское выражение с упоминанием его матери сломал челюсть и два ребра. А таксисту, ошибившемуся со сдачей, все стёкла выбил, и дверь автомобиля оторвал «с мясом».

-Интересный кадр. – задумалась полицейская. – А с кем же он дружит? Говорят, его видят иногда в компании уголовников.

-Да, откуда ж мне знать? Говорю же, я со старой жизнью завязал.

 

Кира презрительно посмотрела на господина, припоминая вчерашние события.

-Пытаюсь завязывать. – уточнил он, снова понимая общепринятую истину: «Язык мой – враг мой».

 

Покинув больницу, Кира уселась в автомобиль и, снова массируя виски, попыталась упорядочить элементы мозаики.

Биток, он же – Гомонюк Виктор Владимирович, отбывавший наказание за разбойное нападение, крайне неуравновешенная личность, способная навредить другим. Если б он хотел отомстить бабе Любе – разве стал бы он обворовывать её квартиру? Он ведь, скорее, встретил бы её лицом к лицу в подворотне, и нанёс бы увечья.

С другой стороны, за неделю до скандала он якобы потерял ключ, припрятав его, возможно, заранее планируя позже проникнуть в квартиру и завладеть имуществом. Но, он совсем не планировал выселяться, чтоб потом вернуться туда, пока Варламовой нет дома. Наоборот, он хотел оставаться там как можно подольше, и то, что она его выгнала – для него было сущей неожиданностью.

В общем, не понятно ничего. Столько несостыковок, и в характере, и в последних событиях.

От происходящего у Киры болела голова, и она решила поехать в отделение и заняться рутинной работой, чтоб хотя бы немного отвлечься. Может, Лисовой натолкнёт на какие-то умные мысли…

 

В целом, день прошёл обычно: кража велосипеда, заявление от бабульки о том, что соседи облучают её ультрафиолетом, кража в магазине, словом – обычные полицейские будни, и вечером Михайлова, будучи вымотанной как побитая собака, возвращалась домой. В подъезде на злобу дня она снова встретила Любовь Алексеевну. Не зная, что ей ответить, она решила просто поздороваться и пойти дальше. Но с бабой Любой это так просто не пройдёт. В очередной раз пристав к Кире, она стала уговаривать её зайти на чашку чая. Девушка в глубине души понимала, что столько раз отказывать уже неудобно, но и проводить вечер, отвечая на бестактные вопросы, ей тоже не хотелось. Она крайне не любила такие ситуации, когда ей приходилось делать так, как хочет кто-то. Но совесть не позволяла ей так просто проигнорировать бабулю. Ведь она ей обязана хотя бы тем, что та помогала ей досматривать за покойным мужем. Потому, дав себе обещание, что это продлится недолго, Кира всё-таки зашла к соседке в гости.

 

На удивление, Варламова не обронила ни слова о её личной жизни, а просто была приветлива и гостеприимна. Налив гостье чай, она отрезала кусок бисквитного пирога с абрикосовым джемом, от которого Михайлова так и не смогла отказаться, несмотря на привычку не есть после 17:00.

-Так значит, вы считаете, что Гомонюк припрятал ключ от вашей квартиры, чтоб потом вернуться и ограбить её.

-А, почему ж нет? Уголовники – они все одинаковые.

В этом вопросе у Киры побольше опыта, чем у пенсионерки, живущей спокойной жизнью, но она решила не читать ей многотомную лекцию о классификации криминальных элементов, а просто запивала выпечку зелёным чаем.

-А ключи от вашей квартиры есть у кого-то ещё?

-Да, нет же. Вот, два ключа от квартиры – оба у меня. Никому никогда не давала, и даже соседям не оставляла. Хотя, так думаю, теперь надо бы оставлять, когда буду уезжать на неделю на дачу. Чтоб кто-то хотя бы приходил и создавал видимость жизни здесь. Ты вот согласилась бы? Под твоим присмотром сюда ведь ни один вор не сунется. – добродушно засмеялась в золотые зубы бабушка.

-Ну, а что если он, и правда, его где-нибудь потерял? А кто-то нашёл и забрался к вам? – Кира аж засияла от неожиданно пришедшей в голову мысли.

-Ой, Кирочка, в этой жизни всё возможно. Я тоже-то дура старая. Надо ж было сразу, как он съехал замки поменять. Ну, а как это делать, и кого звать – я ж не знаю. В последний раз замок мне Ванечка менял.

-Какой Ванечка? – полюбопытствовала следователь, жуя бисквитное тесто.

-Ну, паренёк этот, что жил до него.

 

Кира не хотела говорить ей о том, что Иван Кириллов пропал, и подозревает она в этом именно Гомонюка, накануне искавшего его в родном посёлке свидетеля.

-А зачем он менял его?

-Так ведь тоже. Как и этот урка - потерял ключ. Но тут же говорит: «Тётя Люба, не волнуйтесь, я всё возмещу. Замок поменяю за свой счёт, а то не дай Бог кто-то ключик найдёт и в квартиру проберётся». А на следующий день пришёл с каким-то своим знакомым мастером, и тот сменил замок, отдав мне новые ключи. Вот это я понимаю, порядочный человек. Потерял – возместил. А не то, что этот. Он-то и за аренду вовремя не мог заплатить, а возмещения потери от него и требовать глупо.

-Так это у вас ключи от нового замка?

-Да! Вот – два ключа. Было изначально три. Один я давала Ванечке, пока он тут жил. Потом, когда выселился – вернул мне свой, и я его уже дала этому абармоту. Но, он-то его и «посеял». В итоге у меня осталось два.

-Да уж. Интересная история.

-Возьми ещё кусочек.

-Ой, тёть Люба, вы и так меня откормили. Теперь в джинсы не влезу.

-Да ты кушай! Тебе поправляться надо, вон худая какая совсем. Авось поправишься – жениха себе найдёшь.

-Тёть Люба! – Кира уже не злилась на старуху, а просто засмущалась.

Говорят, люди на полный желудок более добрые. Может быть поэтому очередная попытка соседки влезть в личную жизнь девушки не вызвала у неё раздражения.

 

На прощание, Варламовой всё же удалось впихнуть гостье кусок пирога с собой. Поставив его в холодильник, Кира покормила изголодавшегося за день Персика, и, снова надев резиновые перчатки, принялась вычищать ему клетку.

 

Глава 5

 

Около полудня капитан Михайлова запыхавшись ввалилась в кабинет, где её беззаботно, можно сказать вальяжно, НЕ ждал Лисовой. Когда она сказала сутра, что опоздает – он, конечно, забеспокоился, не случилось ли чего снова, и надеялся что в ближайший час она всё-таки придёт на работу, и он всё расспросит. Но когда Кира опаздывала уже на три часа, подчинённый расслабился, налил себе полную чашку чая и спокойно посёрбывал, шарясь в социальных сетях.

Пришедшая начальница не дала возможности продолжать уже сложившуюся идиллию. Если быть точнее, то возможность не давала совесть, в присутствие старшего по званию бездельничать на рабочем месте.

 

-Миша. Сейчас отложи всё, чем ты занят, и найди мне все дела о квартирных кражах в городе за последние два года.

Конечно, слово «занят» здесь было произнесено, скорее, с иронией, но следователя мало волновало, чем был занят её помощник. Она понимала, что впереди предстоит много и кропотливо работать, если они хотят и правда найти преступника.

 

Проснувшись утром, Кира как обычно готовила завтрак себе и Персику. Ей ещё с вечера не давала покоя история Любови Алексеевны о трёх ключах. Странное количество, идущее в комплекте к замку. Когда был жив Осип – он сам ставил замок на даче, и ей запомнилось, что стандартный набор включал в себя четыре ключа, ибо чётное количество более логично.

Чтоб проверить версию, она отправилась сутра на рынок, проконсультироваться с продавцами и специалистами по установке замков, и те подтвердили ей, что производителям невыгодно изготавливать нечётное количество ключей к стандартному замку. Из этого следовало, что ещё один ключ куда-то подевался, либо же бабе Любе его просто не дали. Но почему?

 

Здесь-то и всплыло объяснение, почему в квартире нет следов взлома. Вор открыл дверь собственным ключом, имевшимся у него заранее. Но, не потому что Гомонюк его потерял, а вор нашёл. У преступника был свой ключ ещё задолго до этого всего.

Данная версия имела право на существование, и капитану не терпелось её как можно скорее подтвердить.

Обзванивая всех пострадавших от квартирных краж за 2 года, полицейские интересовались, не сдавали ли они в этот период свою квартиру. Опросив список из больше чем полсотни жертв, следствие выделило круг лиц, действительно занимавшихся арендой собственного жилья. Благо, их насчитывалось всего около десяти человек. Пригласив их всех на беседу, следователь показывала им фотографию Кириллова, и когда первые девять не узнали его, Михайлова с Лисовым уже было отчаялись.

Но десятый свидетель – женщина в возрасте, на первый взгляд аристократических кровей опознала Ивана, как бывшего своего квартиранта.

-Очень порядочный начитанный молодой человек. Студент психологического факультета. – высокомерно отзывалась о Кириллове жертва кражи.

-Скажите, а в вашей квартире были следы взлома?

-Нет. Негодяи профессионально проникли в моё жилище и вынесли всё, что можно было вынести. Мои дорогие серьги, доставшиеся мне от моей бабушки Лидии Сигизмундовны. А это, между прочим, семейная реликвия. Они бесценны. Понимаете?

-Что ещё у вас украли?

-Мои драгоценные картины – полотна руки самого Тютчева!

-Так, он же, кажется, рассказы писал. – подметил Лисовой.

-Эх вы! Не знаете знаменитых живописцев наших краёв. Тютчев – величайший художник села, откуда я родом. Он изобразил прекраснейшую картину на стене нашего клуба. А тот о ком вы говорите – не читала и не имею желания.

 

Понятно. Интеллигенция, не читавшая Тютчева, но знавшая величайших сельских художников. Действительно, куда им – плебеям до неё браться.

-Скажите, а этот ваш студент-психолог. Он, случайно, не терял ключи в период жительства у вас в квартире? – злорадно, с долей ехидства спросил Михаил.

Глаза потерпевшей стали подобны двум гимнастическим обручам. Едва не утратив над собой обладание, женщина тут же вернулась в свой снобливый образ, поправив на макушке шляпу с пером фазана, и монотонно ответила:

-И что? Иван – порядочный молодой человек. Он тут же, беспокоясь о безопасности хранимого внутри квартиры, предложил за свой счёт поменять замок. Я долго отказывалась, но он настоял. В итоге нанял из своего кармана мастера, и тот заменил личинку замка.

-А ключи, разумеется, от нового замка отдал вам. Так?

-Совершенно верно.

-А сколько отдал ключей, не помните?

-Ой, ну, получается, один у меня. Один на тот момент был у него, но он сдал мне его потом, когда съехал. И ещё один я в итоге после долгих споров отдала своему непутёвому сыну. Бездельник, совсем не хочет ни учиться, ни работать. Мне кажется, по секрету вам скажу, что это он втихаря всё ценное из моей квартиры и вынес, а рассказывает, будто какие-то воры влезли.

-И зачем ему это, по-вашему, делать?

-Потому что он бездельник, ведущий разгульный образ жизни. И когда в очередной раз не хватило денег на кафе с его, прости Господи, потаскухой из Швейного техникума, то он пришёл, и забрал всё то, что мне так дорого. – женщина едва сдерживала слёзы, чтоб показательно не зареветь.

-Так, значит, он дал вам три ключа от нового замка, правильно?

-Получается так. – вытерев глаза вышитым платком ответила гостья.

 

Коллеги переглянулись. Разумеется, то, что парень снимал жилплощадь уже в двух квартирах, поддавшихся грабежу, можно было бы списать на совпадение. Однако, два раза потерять ключ, и по «доброте душевной» заменить замок за свой счёт, отдав хозяйке нечётное количество ключей к нему – это уже, мягко говоря, подозрительно.

Получается, полиция всё это время искала не того.

-Скажите, а вы не можете описать этого мастера? Который вставлял замок.

-Ой, ну, что вы? Я на таких мужчин никогда не обращала особого внимание. Громоздкий крупного вида мужлан. Небритый, щетинистый. Чем-то на бандита смахивает.

Что ж. В таком случае, Кириллов действовал не один, а в сговоре с подельником. Тот вставлял замок, припрятывая один из ключей к нему. А позже, когда Иван съезжал – кто-то пробирался в квартиру.

Ну, по крайней мере, теперь понятно, почему он исчез после того, как Кира пригласила его побеседовать. Но, почему Гомонюк искал его? Может, они всё-таки были подельниками? Или просто по каким-то причинам знакомы?

 

Искать ответ на этот вопрос пришлось недолго. Ближе к вечеру дежурный сообщил, что Битка задержали на железнодорожном вокзале, когда тот пытался уехать в столицу. О том, что его разыскивают, ему сообщила мать, к которой он наведался сразу после отъезда полицейских.

И в самом деле, громоздкая фигура уголовника предстала перед следователями. Небритый, щетинистый, мужчина скорее походил не на урку, а на побитого жизнью холостяка, давно не обращающего внимание на свой внешний вид.

-Ну, что ж, Виктор Владимирович, рассказывайте.

-Да, что рассказывать-то?

-Почему убегали от следствия? Какие отношения у вас с гражданином Кирилловым? Давайте, мы слушаем.

-Какие отношения у меня могут быть с этой падалью? – не сдерживаясь в выражениях ответил задержанный.

-Что случилось? Не поделили чего?

-Да, за кого вы меня принимаете? Что б мне было что делить с этой крысой. Да я с ним в одном поле…

-Ну, а что же вы тогда делали возле его дома? – поспешила перебить его просторечие Кира.

 

Глаза Гомонюка расширились, словно два зонта в дождливую погоду. Однако спустя секунду, поникший взгляд опустился на выкрашенный в несколько слоёв пол кабинета.

-Ну, говорите! – с нетерпением стала давить на него Кира.

-Голову ему свернуть хотел. Да, его счастье, что его дома не оказалось.

-За что же? – здесь уже не сдержал своего любопытства Михаил.

-За то что бабуле хату выставил. – криминальный жаргон никуда не денется, даже после погашения судимости.

-А вы к этому какое отношение имеете?

-Да, жаль бабулю. Вы понимаете, она, когда у меня времена трудные были и деньги не водились, позволяла квартплату ей попозже выплачивать. Всегда добрая ко мне была, понимающая. Я видел, что её раздражали мои постоянные задержки, но, что я мог поделать? А этот гад её добротой вот так воспользовался. При том, последнее отнял. Она и не в хоромах жила, а этот до нитки обобрал. Не по понятиям это. За такое надо на две части рвать.

 

Полицейских, признаться честно, удивила такая тяга к справедливости у бывшего уголовника. Возможно, он действительно стал на путь исправления, если даже работает время от времени. Но тот способ, которым он решил наказать преступника, мягко говоря, не совсем укладывается в рамки закона.

-А откуда же вы узнали, что у бабули квартиру обокрали? – поинтересовалась Михайлова.

-Ну, Кира Валентиновна, знаете. В нашей криминальной среде слухи расползаются, как…

-Как ток по проводам. Знаю.

 

Что ж. Не сам же Кириллов раструбил всему криминальному миру о том, что обокрал бабулю. Ведь отнимать последнее даже в воровских кругах далеко не почётно. А судя по тому, что в базе данных осуждённых Иван Иванович не числится, то судимостей у него нет и «по понятиям» он жить не привык. Пока нет…

Значит, его подельник, вставляющий замки – выходец из криминалитета, и он-то и распустил слух о похождениях юного вора. Но кто он?

-А кто вам слух этот-то донёс? Не скажите?

-Не помню. – ожидаемо ответил Гомонюк. Ведь в их специфической среде не принято называть вслух отдельные персоналии, причастные к тем или иным преступлениям. Потому, вытянуть из него какую-либо информацию невозможно. Да и, как оказалось, задерживать его было не за что, потому законопослушного гражданина было принято решение отпустить.

 

К концу дня, изнеможенная Михайлова снова массировала за столом виски, пытаясь унять головную боль. Казалось бы, краски картины более-менее проясняются, но это вовсе не уменьшало проблем. Гомонюк вне подозрения. Истинный преступник, бывший вначале свидетелем, на данный момент в бегах, и телефон его до сих пор отключён. Более того, оказалось, что действовал он не сам, а в сговоре с третьими лицами.

-И что будем делать? – как обычно уставшим голосом спросил старший лейтенант.

-А какие у тебя предложения? – не открывая глаза, девушка продолжала массировать кожу у внешних уголков глаз.

-Ну, я не знаю. – растеряно ответил Миша.

-Думай, Лисовой, или ты хочешь всю жизнь проходить в помощниках следователя?

-Да, нет. – обиженно отозвался подчинённый. – Вы же смогли стать следователем, и я смогу.

-Так! – внезапно бросила на него испепеляющий взгляд капитан. – Это на что ты намекаешь? Что я амёба какая-то? И что это не помешало мне стать следователем?

-Да, нет! Я не это имел в виду.

-Думай, старлей! Если не думаешь перед тем, как что-то сказать, то хотя бы подумай, что нам делать!

-Ну, нам нужно найти этого слесаря, что меняет замки по наводке Кириллова. Ведь Варламова сказала, что это какой-то его друг. – неожиданно стал блистать идеями Миша.

 

Внезапно круговые движения пальцев в области висков прекратились, и Кира широко раскрыла глаза. В мультфильмах в эти моменты над головой персонажа рисуется светящаяся лампочка, но следователь, казалось, сама сияла от осенившей её мысли.

-Точно, Лисовой! Ты гений!

-Правда? – аж покраснел от таких слов офицер.

На минутку в его разуме промелькнула гордая мысль, что всё-таки быть ему следователем.

 

Глава 6

 

-Это он? – аккуратно, стараясь не давить на свидетеля спросила Кира.

-Да, вроде бы похож. – Боясь сказать лишнее, неуверенно ответила Любовь Алексеевна. – Да, Кирочка, и правда похож.

-Хорошо. Спасибо вам.

 

После удачно высказанной идеи Лисового о том, что следствию нужно искать слесаря, способного заменить замок в двери, Михайловой вспомнился один персонаж как раз с похожей профессией, с которым ей довелось недавно столкнуться. Позвонив Павлову, ведшему это дело, девушка попросила ознакомиться с некоторыми изъятыми у Скрипника вещами. В частности, она хотела просмотреть его телефон.

В кнопочной китайской мобилке значилось всего два контакта, которые и сыграли ключевую роль в этом деле. Первый номер и в самом деле принадлежал Кириллову, и очередная попытка позвонить на него снова не увенчалась успехом. Что касается второго номера – здесь всё было намного интереснее.

 

Дело в том, что в телефоне Арматуры содержался мобильный Киры. А главное – на него был произведён звонок непосредственно перед попыткой напасть на неё во дворе. Тот самый неизвестный номер, который позвонил ей, когда она шла домой, принадлежал  гражданину Скрипнику. Скорее всего, тот совершил вызов, следя за жертвой у дома, дабы наверняка убедиться, что она – та, кто ему нужна.

 

Войдя в палату к подозреваемому, Михайлова увидела всё ту же картину: громоздкий мужчина, с уже побледневшим лицом, щетина на котором стала ещё гуще. И новая повязка на голове из чистого бинта.

Присев на табурет рядом с его кроватью, она долго не отрывала взгляд от того, кто мог тем вечером запросто её убить.

-Так, значит, уголовщина нынче совсем без тормозов? Уже готова и ментов убивать?

-Да, я не знал, что вы полицейская? – оправдательно возразил Скрипник.

-Ага, будешь рассказывать, что познакомиться хотел?

 

Подозреваемый замолчал, отведя взгляд в сторону.

-На меня смотри! – Кира встала с табурета. – Откуда номер мой?

-Ваня дал. – резко, словно собака, рявкнул уголовник.

-Зачем? – задала риторический вопрос она.

-Он не сказал, что вы следователь. Сказал, что какая-то баба по соседству якобы видела, как он из квартиры бабки выходил, дал номер ваш и сказал «заткнуть».

От удивления капитан аж рухнула вниз. Оказывается, Иван Кириллов ещё опаснее, чем она думала. Он способен врать не только чужим, но и своим, делая их руками жуткие вещи. Сперва он втирается в доверие к старушкам, у которых снимает квартиру, после этого их обворовывает, а тех, кто встанет у него на пути - и вовсе готов лишить жизни, независимо от того, кто это. Парень и в самом деле без планки.

-Свидетельница только что опознала тебя, как соучастника преступления. Или скажешь, что не знал, для чего в дверях замки меняешь?

-Знал. – решил не отпираться преступник.

-Где он? – решила перейти к сути дела следовательница.

-Ваня?

-Да!

-Я не знаю! – снова отведя взгляд в сторону, ответил собеседник.

-Я спрашиваю, где он сейчас? – показывая всем видом, что шутки закончились, настаивала она.

-Не знаю я! Он мне не звонит!

 

Глубоко выдохнув, девушка снова ощутила боль и приступила к массажу головы.

-Ты знаешь, что Биток его ищет? – внезапно вспомнила про жестокий нрав Гомонюка Кира.

Больной с любопытством перевёл на неё взор.

-А он здесь при чём?

-Решил «мазу потянуть» за старушку, которую вы обнесли.

-Серьёзно?

-Я на сказочницу похожа? – Михайлова вдруг подняла на него хищный кошачий взгляд. – И это он ещё про тебя не знает. А ведь может случайно и узнать.

 

Полицейской срочно нужно было выведать, где находится подозреваемый, и это уже было делом принципа. Ведь пока он на свободе – любая такая же, как Любовь Алексеевна в опасности. Учитывая то, на какие шаги, оказывается, способен пойти паренёк.

-Как ты думаешь, что он с ним сделает, когда найдёт?

-Голову свернёт. – поникшим тихим голосом ответил он.

-Ты можешь помочь нам добраться до него раньше. Скажи где он!

 

Мужчина стал водить глазами по потолку, что-то нашёптывая себе под нос. Внезапно он всё-таки выдал:

-Когда он мне звонил в последний раз, как раз давая задание к вам наведаться, то сообщил, что собирается в Белгород.

-В Белгород? – задумалась Кира.

-Да.

-Ты после этого ему не звонил?

-Нет. Он сказал, что выключает телефон, и что сам потом найдёт меня.

 

Учитывая то, как Ваня обходится с людьми, вряд ли он в итоге связался б с подельником. Но, по крайней мере, у них теперь была зацепка.

-Так кто всё-таки пробрался той ночью в дом? Ты или он? – решила уточнить для следствия офицер.

-Меня такое не интересует. Говорю же, что я пытаюсь начать новую жизнь.

-«Затыкая» свидетелей? Действительно, новая жизнь. Из разбойников в убийцы. Далеко пойдёшь. – Опыт её работы не позволял верить в слезливые истории бывалых уголовников. В байки о том, что у них, якобы, есть какой-то кодекс чести, и что вообще все они – порядочные люди. Даже те, у кого существуют зачатки порядочности, как это наблюдается у господина Гомонюка – не более чем подмена стандартов, потому как у преступников понятие о справедливости своё – искажённое.

-Скажите, а он точно не знает обо мне? – спросил на последок пациент.

-Не бойся. Пока нет. – не стала обнадёживать собеседника Кира.

 

В больничном коридоре в присутствии гражданки Варламовой Михайлова рассказала помощнику о том, что ей удалось выведать у соучастника?

-Где он может теперь быть?

-Будем надеяться, что в Белгороде. Возможно, уже снял квартиру очередной бабули, которую планирует в итоге обокрасть. – предположила капитан.

-Ну, знаете, снять квартиру – это не такое простое дело, я вам скажу. Мы с Диной, когда собственной не имели, то долго скитались по съёмным. Но везде, знаете, эти риелторы, дерущие деньги непонятно за что. Плюс, объявление есть, а квартира уже снята.

-Это понятно, но всё равно, посмотри в интернете на всех площадках всех, кто сдаёт в Белгороде квартиры и расспроси, не заселился ли им парень лет двадцати.

 

Выполняя задание Михайловой, Лисовой поговорил с тремя дюжинами лиц, разместивших объявление о сдаче жилья. В основном он обзванивал недорогие комнаты, и в итоге наткнулся на несколько посредников, которые сказали, что общались с парнем, но тот к ним так и не заселился. Возможно, он ещё не сбыл краденное, чтоб владеть большой суммой денег. Либо же его и в самом деле отталкивали риелторские услуги. Самое обнадёживающее было то, что последний раз, исходя из полученных данных, парень, подпадавший под описание преступника, общался с арендодателем этим утром, значит он всё ещё ищет жильё. И всё ещё в городе. Узнав об этом, Лисовой стал советоваться с начальницей о дальнейшем плане.

-Так, что будем делать? Поедем в Белгород и будем искать его там на вокзалах и скамейках? Или где там ещё можно заночевать? Теплотрассах?

-Ну, ты знаешь, Миша, Белгород – весьма красивый город. Можно туда и съездить. Только нужно предупредить местных коллег о нашем визите. – размешивая в чашке мёд ответила Кира.

-Да, как-то уже прохладно будет для курорта, не находите? – в своём репертуаре пошутил старший лейтенант.

-Ничего. У меня там тётка живёт, сто лет у неё не была. Проведаем женщину, а то каждое лето в отпуск зовёт к себе, а я всё никак не приезжаю.

 

Глава 7

 

-Вот, а здесь у нас ванная. Вот эту ручку, когда крутите – нажимайте немного сильнее, а то она заедает.

-Понял. У вас красивая ванная. – подметил парень, разглядывая тёмнозелёную кафельную плитку.

-Да, это сын в прошлом году своими руками делал. Он у меня мастер в строительной бригаде.

-Правда? Действительно, видна рука мастера.

Ваня стелил комплементы один за другим, то и дело, вгоняя женщину в краску. С самого начала он подметил красоту её золотых серёжек, сочинив, будто у его матери такие же. Затем, что у неё великолепные полотна, отлично гармонирующие с интерьером.

 

Он был рад, что, наконец, нашёл в этом городе комнату от хозяйки, при том, по весьма доступной цене, без залогов и комиссий. Квартира была хоть и скромной, но весьма ухоженной и с относительно новым ремонтом.

-А здесь, Иван, будет ваша комната. – женщина открыла деревянную дверь, указывая парню на его апартаменты.

-Ой, такая красивая.

-Да, вот здесь у вас будет телевизор. Он хоть и старенький, но плазменный. Я всё равно его не смотрю, потому и вынесла в эту комнату. Вот здесь ещё микроволновка, если нужно будет что-то подогреть, поскольку я ею тоже не пользуюсь. Говорят, это вредно, и еда из неё теряет все полезные свойства.

-Да, я тоже об этом читал в одной научной диссертации. – Кириллов решил создать образ начитанного интеллигента.

-Так что, если всё устраивает – милости прошу.

-Да. Конечно. Всё вполне устраивает.

-Ну, тогда располагайтесь. – ответила женщина вытирая руки о кухонное полотенце.

 

Ваня осматривал стены и потолок нового места жительства и не мог поверить, что всё это по столь доступной цене. Ведь не зря говорят: «Кто ищет – тот найдёт».

-Скажите, а ключ от квартиры? А то я буду уходить на работу, и возвращаться вечером.

-Ах, да, конечно. Сейчас.

Хозяйка закрыла в комнату дверь и удалилась в коридор.

Парень уселся на диван, и закрыл глаза. Ему не терпелось поскорее принять душ, потому как в гостинице, где он снимал номер посуточно, постоянно не было горячей воды. Он был рад, что, наконец, снял долгосрочно комнату, ведь если б он прожил в отеле ещё неделю – у него бы быстро закончились деньги. Но теперь – теперь он снова чувствовал себя в своей тарелке.

 

Стук в дверь пробудил его от мыслей. Снова сложив руки по швам, Кириллов выпрямил спину, ожидая входа хозяйки. Но вместо неё в дверь ввалились трое оперативников и мгновенно повалили преступника на пол. Тот и слова не успел промолвить, как на его запястьях захлопнулись наручники, а у головы, словно Немезида, стояла Кира, глядевшая на него сверху вниз.

-Ну, что ж, Ваня, спешу тебя обрадовать. Скоро у тебя будет комната, при том, совершенно бесплатно. – следователь намекнула на тюремную камеру.

Но это, казалось, ни капли не испугало юношу. Наоборот, его глаза загорелись ещё ярче, и он чувствовал, что на этом жизнь не закончилась.

 

Хотя ещё два года назад он считал совсем иначе. Когда его мать и отец погибли в автокатастрофе. На тот момент он и правда учился на факультете психологии, потому как от природы умел разбираться в людях и находить с ними общий язык. Более того, данному индивиду были не чужды лидерские качества.

Поняв в тот момент, что он остался совсем один в этом мире, Ваня решил, что ему придётся всего добиваться самому. Поэтому, бросив учёбу, он собрал все деньги, что у него остались от родителей, и снял комнату в весьма дорогостоящей квартире у гражданки Сусловой – той самой снобливой женщины, с которой и пришлось общаться следователям.

Кириллов был уверен, что запросто найдёт высокооплачиваемую работу и сможет вытягивать каждый месяц арендную плату, но всё шло совсем не так, как ему хотелось.

 

Без образования его мало куда хотели брать, а куда брали – там ему было некомфортно из-за необходимости услуживать клиентам и переступать через себя, терпя придирки предвзятого к нему руководства. Консультант в магазине, заправщик – все эти занятия не позволяли жить безбедно, ни в чём себе не отказывая. Однако, деньги быстро заканчивались, и нужно было что-то придумать.

Устроившись в мастерскую, Ваня слышал ранее, что там можно научиться слесарному делу, зарабатывая в итоге стабильные деньги. Там он и познакомился со своим будущим подельником – выходцем из криминальных кругов – гражданином Скрипником.

 

Умея внушать доверие, Иван вскоре стал помощником и другом слесаря, а слушая по вечерам под рюмку пшеничной байки о воровской романтике, Кирилов вскоре стал всерьёз задумываться о лёгких деньгах. Ведь ему тоже хотелось жить в красивой квартире с картинами и примерять золотые украшения, как это делала хозяйка. Потому, он и счёл справедливым, «разделить» её имущество, взяв себе большую часть.

План с заменой замка пришёл ему случайно, когда он услышал по телевизору об автоугонщиках, заменяющих замок зажигания на свой, и таким образом, угоняющих машину. И тут он задумался: а что если угнать не автомобиль, а целую квартиру, ну, или хотя бы её содержимое. Ведь он все эти месяцы отдал столько денег за то, что кто-то просто позволял ему пожить у себя дома, что пора бы часть этих денег вернуть. Ну, и что-нибудь прихватить сверху.

 

Первый раз прошёл удачно. Ему удалось уговорить Арматуру, за определённое вознаграждение сменить в квартире замок, припрятав для него запасной ключ. А позже, предварительно выселившись и выждав определённое время, Кириллов дождался, пока владелицы не будет дома и обворовал её жильё. Картины, золото, украшения – в этом доме, и правда, было чем поживиться. Потому, через время он решил повторить данную процедуру, но отдавать большую сумму за съём комнаты уже не хотел. Жадность взяла своё.

Потому и нанял жилплощадь у пенсионерки Любови Алексеевны Варламовой за чисто символическую плату.

 

«Добыча» в этом случае, была соответственная: украшения, большинство из которых серебро, немного денег, старая техника, которую, как оказалось, за дорого никто не хотел покупать. Как говорится: «Дешёвая рыбка – паршивая юшка».

Плюс эта полицейская, которая, по чудному совпадению позвонила ему сразу после кражи, ещё и сказавшая, где примерно живёт.

 

Неопытный преступник, испугавшись, не придумал ничего лучше, чем ликвидировать угрозу его свободе и безопасности, однако, зная, что заставить уголовника убить мента не так-то и просто - придумал басню о вероятном свидетеле. Откуда у Ивана номер этого свидетеля – Скрипник даже не подумал и спросить.

От страха Ваня и совершил ошибку, дав следователям зацепку, выведшую на него. Но, пропитавшийся рассказами о преступном мире молодой незрелый мозг не осознавал, в какой ситуации оказался. Ему казалось, что теперь он станет новым криминальным авторитетом, едва ни вором в законе, потому был даже немного рад своему аресту и предстоящей судимости.

Оценки читателей:
Рейтинг 0 (Голосов: 0)

Не забывайте, нажав кнопку "Мне нравится" вы приглашаете почитать своё произведение 10-15 друзей из "Одноклассников". Если нажмут кнопку и они, то у вас будет несколько сотен читателей.

09:35
134
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!