Фотокарточка

Фотокарточка

Рассказ занял 4-ое место в 74-м конкурсе Международного Фонда "Великий Странник - Молодым".

   
    - Привет, «маленькие», рады видеть вас, - раздалось в наушниках шлемофона Николая. Так в воздухе с их звеном истребителей поздоровался на общей частоте командир штурмовиков, когда они встретилось в заданной точке.
    - Привет, «горбатые», работайте спокойно. Прикроем сверху, - ответил командир звена «яков».
    «Горбатыми» лётчики-истребители называли штурмовики Ил-2 за выступающую двухместную кабину пилота и заднего стрелка, которая издалека и в самом деле чем-то напоминала горб на корпусе «ильюшина».
    - Принято! - ответил ведущий «илов» и обратился к своим ведомым: - До начала атаки тишина в эфире!
    - Внимание, моя пара работает восемьсот, вторая — семьсот метров, – командир звена истребителей распределил высоты между Николаем и остальными лётчиками. - До встречи с «худыми» хранить радиомолчание!
    Разойдясь по заданным эшелонам высот, штурмовики и прикрывающие их «ястребки» взяли курс на запад.

    В то утро, 23-го июня 1944-го года, части 3-го Белорусского фронта и авиационные полки 1-й воздушной армии приступили к выполнению Витебско-Оршанской наступательной операции — одного из этапов операции «Багратион» по освобождению Белоруссии от немецких войск группы армий «Центр». История сыграла с фашистами злую шутку: почти в это же самое число июня-месяца, также утром, когда фашистская Германия напала на СССР в 1941-м году, в 1944-м наша Родина нанесла ответный удар, который и решил исход этой страшной войны.

    Но Николай в тот момент об этом не думал. Он был лётчиком-истребителем, младшим лейтенантом, ведомым в своей паре. Утром перед ними поставили чёткую задачу: звену новейших легких манёвренных истребителей Як-3 нужно прикрыть штурмовики Ил-2. Те с воздуха должны поддержать огнём части, которые перешли в наступление по всей линии фронта. Советские подразделения, что до поры до времени затаились и ничем себя не выдавали, внезапно для противника пришли в движение. Пролетая над нашей территорией, Николай видел с высоты, как теперь вся эта сила готовилась обрушиться на врага.

    Через семь минут полёта самолёты с красными звёздами уже были над огненной чертой соприкосновения наших войск с немецкой линией обороны. Артиллерия поработала здесь на славу, но укреплённые огневые точки противника, уцелевшие после артподготовки, не давали пехоте встать в полный рост и продолжить наступление. В небе «Илы» выстроились в «круг» и начали подавлять их огнём. Штурмовики обработали свои цели в первом заходе реактивными снарядами и пошли на второй, чтобы пустить в ход авиационные пушки и пулемёты. В этот момент Николай услышал в наушниках шлемофона голос командира звена:
    - Внимание, на два часа четвёрка «худых». В бой не вступать, прикрывайте «горбатых».

    «Худыми» наши лётчики называли немецкие истребители «Мессершмитты» Bf-109 за их тонкий фюзеляж, который сужался к хвосту. Николай повернул голову в сторону, где на воображаемом циферблате часов была бы цифра два, и увидел четыре чёрные точки, которые шли выше и быстро приближались. Используя преимущество в высоте, они стремились к штурмовикам, пока те поливали огнём из пушек и пулемётов немецкие позиции.

    Пара командира звена, будучи выше Николая, на высоте восемьсот метров атаковала вторую пару немецких истребителей и отогнала её от работающих по земле «илов». Первую пару «мессеров» она пропустила, чтобы на высоте семьсот метров её встретила пара Николая и его ведущего. И та, не вступая в затяжной воздушный бой, своим огнём не дала «худым» выйти на дистанцию прицельного огня по «ильюшиным». Вторая пара 109-х также благоразумно ушла на вираж для повторной атаки.

    - Спасибо, «маленькие», - прозвучал в шлемофоне голос командира штурмовиков.  - Продержитесь ещё немного, мы заканчиваем. Контрольный заход и всё!
    - Работайте на совесть, прикроем! – ответил командир звена Николая.
    В эфире в тот момент творился сплошной бедлам: радиоволны немецких лётчиков пересекались с нашими на одной и той же частоте, и в наушниках шлемофона было слышно, как вражеские пилоты, словно собаки, «лаялись» между собой на своём жёстком языке. К этому моменту один из 109-х, подбитый парой командира, уже устремился к земле, оставляя за собой шлейф густого чёрного дыма. 

    Когда «горбатые» почти закончили работу, раздался окрик ведомого из командирской двойки, что была выше Николая:
    - Двенадцатый! Пара «худых» на шесть часов! Идут со стороны солнца!
    - Понял, десятый, встретим! - ответил ведущий Николая.
    Николай вывернул голову в указанном направлении, но из-за солнца, слепившего его, не смог ничего разглядеть. Лётчики «Люфтваффе» часто применяли подобную тактику воздушного боя, когда помимо истребителей, ведущих бой, на высоте дежурили немецкие асы. Они вступали в схватку лишь тогда, когда германским пилотам, которые атаковали советские самолёты, не удавалось удержать преимущество в атаке и сходу выполнить задачу. Тогда эти лётчики, как сейчас, сваливались на наших с доминирующей высоты, используя в атаке превосходство в высоте и скорости. Такая тактика низменно себя оправдывала и приносила результат — советские пилоты не всегда успевали вовремя среагировать на их атаку. 

    Через пять секунд истребитель Николая накрыла тень от атакующего 109-го, и вокруг его «ястребка» в воздухе появились трассирующие следы пуль и зарядов пулемётов и авиационной пушки «худого». В тот же момент лётчик рукоятью управления самолётом крутанул «бочку»* и вслед за ведущим попытался уйти на вираж, но было поздно. Сквозь рёв двигателя и шум винта послышались глухие звуки — это очереди «Мессершмитта» барабанили по корпусу яка и рвали его обшивку. Немецкий истребитель обстрелял Николая, пронёсся над ним, и вслед за этим ведомый фашистского аса завершил групповую атаку. Очереди второго 109-го пробили колпак кабины, левое плечо Николая пронзила острая боль, и рука сразу потяжелела. Но хуже было другое — заряды «худого» пробили левое крыло истребителя, и из бака в крыле стали вырываться маленькие язычки пламени. В шлемофоне раздался голос ведущего:
    - Коля, ты горишь! Уйди в облака, сбей пламя, прикрою!

    Но все манипуляции ручкой управления были тщетны, самолёт перестал слушаться её движений. Кроме того, что «мессер» его поджёг, попавшие очереди повредили тяги хвостового оперения самолёта: элеронов высоты и горизонтали. Теперь Як-3 Николая, подбитый и с полыхающим крылом, стремительно теряя высоту, устремился к земле. В тот момент они были над территорией, где наступали наши части. Можно было бы покинуть горящий самолёт и на парашюте спуститься на землю. Но из-за боли в раненом плече лётчик не мог поднять отяжелевший от крови левый рукав лётной куртки и открыть колпак кабины. Николай взглянул на фотокарточку жены, которую вместе с письмом получил два дня назад.  Пилот прикрепил её на приборный щиток своего «яка», на ней была его Лариса с дочкой Ольгой, которая родилась у них совсем недавно.

    «Простите меня! Я люблю вас!» - глядя на фото, мысленно обратился Николай к родным. На глазах появились слёзы. Время замедлило свой ход, секунды растянулись в минуты, но, несмотря на это, стрелка альтиметра на приборном щитке истребителя неумолимо вращалась, приближая землю и неминуемую смерть! Когда стрелка прошла отметку в шестьсот метров, Николай отчётливо услышал голос любимой:
    - Если погибнешь, домой не возвращайся! Нам с Ольгой ты нужен только живой!

    Это был тот мягкий и нежный голос, которого лётчик не слышал уже больше года с тех пор, как приезжал к жене в тыл. В ту ночь любви они зачали Ольгу. Знакомая интонация и голос любимой в секунду перевернули всё внутри Николая и придали ему силы! Лётчик сорвал фотокарточку любимой с приборного щитка, зажал её зубами, взвыл от боли и дёрнул за рычаги крепления колпака кабины. И те поддались! Колпак отъехал назад, и холодный свежий воздух июньского утра сразу же ворвался внутрь. Превозмогая боль, Николай выбрался из кабины горящего «яка», поджал под себя ноги, чтобы их не ударило хвостовым оперением самолёта, и выпрыгнул. Он дёрнул за кольцо, раскрыл купол парашюта и стал медленно спускаться в прохладном утреннем небе на землю, наблюдая, что творится вокруг.

    «Илы», которые они прикрывали, без потерь уходили в сторону своего аэродрома. А на помощь «якам» пришло звено Ла-5, работавшее неподалёку. Благодаря его появлению, в небе стояли шлейфы дымов от сбитых немецких истребителей. Судя по их числу, мало кто из немецких асов, с которыми они сегодня вступили в бой, приземлится на своём аэродроме. Звено Николая выполнило свою задачу.

    Когда пилот оказался на земле, его сразу потащило в сторону, но подоспевшие пехотинцы поймали Николая и помогли отстегнуть лямки парашюта. Один из бойцов попытался вынуть зажатую зубами фотокарточку Ларисы и Ольги, но Николай резким жестом его остановил. Убрав фото в планшет, он позволил пехотинцам себя перевязать.

    В госпитале Николай написал Ларисе, как её фотография спасла ему жизнь. Ответ любимой его поразил. «Милый, в то утро ни я, ни наша Ольга не могли спать. Мы словно знали, что с тобой случилась беда. Умоляю, дорогой, береги себя ради нас. Любим тебя и ждём!», - было написано в строках ответного письма. Когда Николай поправился после ранения, то вернулся в свой авиаполк и встретил победу уже в Венгрии. Через год он, наконец-то, обнял Ларису и дочку Ольгу и, нежно прижимая к себе самых дорогих людей, держал в руках ту самую фотокарточку.

10.05.2016


* «Бочка» — фигура пилотажа, при выполнении которой самолёт вращается относительно продольной оси полёта на 360 градусов с сохранением направления движения.    
  

 

     

Оценки читателей:
Рейтинг 0 (Голосов: 0)

Не забывайте, нажав кнопку "Мне нравится" вы приглашаете почитать своё произведение 10-15 друзей из "Одноклассников". Если нажмут кнопку и они, то у вас будет несколько сотен читателей.

RSS
14:23
+2
Мне кажется, я и не дышала, пока читала сцену боя. Не удивительно, что этот рассказ занял одно из первых мест в конкурсе, удивительно, что не первое! Такое впечатление, что Вы, Андрей, описываете далёкое по времени событие, произошедшее лично с Вами. Это Вы воевали в небе над Белоруссией, это Вас подбил мессершмитт, это Вас спасла фотография любимой женщины.
Рассказ замечательный по всем категориям. Браво, Андрей!
20:38
+2
Спасибо, Рика, за отзыв. Рассказ написан очевидцем. Вы правы — это я был на месте Николая во сне и, можно сказать, что это был не сон, а реальность. Поэтому я и решил написать этот рассказ. На фото Лариса Константиновна Карасёва, мама моей любимой женщины Ольги Вайнер, с которой мы вместе пишем юмористические миниатюры. Ольга — это маленькая девочка на фотокарточке. а после этого сна, у меня 3 дня болела рука, куда меня ранило — то ли отлежал во сне, то ли и в самом деле прилетело из прошлого и таких снов. Смех смехом, я не наркоман, не алкоголик, но меня иногда закидывает в такие реальности! Рассказ «Сесилия и оружейник» тоже написан с натуры и исторически достоверен…

С уважением, Андрей.
21:13
+2
Потрясающе. Мне надо всё это обдумать позже, в тишине. Вы очень интересный человек, Андрей. Рада такому знакомству. Всего Вам хорошего!
Замечательный рассказ! Браво!!! Спасибо!
10:47
Спасибо, Юрик, за отзыв.

С уважением, Андрей.
Уважаемый, друг Андрей! Ваш рассказ читал в пол третьего ночи 26.07. Одолевавший сон тогда не дал мне выразить свои эмоции полностью. Я тогда оставил короткий комментарий. А ещё у меня привычка вновь возвращаться к рассказам, которые меня по-доброму зацепили. И этот ваш рассказ один из них. Эмоции мои сродни с теми, что выразила замечательная Рика Сорбус. Ваши рассказы захватывают, они насыщены материалом, знаниями в той области, о которой пишете. И пишете легко, доходчиво, со знанием дела. Столько я узнал о лётчиках и разновидностях летательных аппаратов, как наших, так и тех. Описанные события вовлекают своего читателя в реальность происходящего. А те моменты, с фотографией и замедлением времени, просто потрясающие. Подобные замедления времени происходили в моей жизни раза три точно.Что, естественно, спасли мне жизнь. Потрясло, что и любимая с дочерью были обеспокоены в момент, когда с Николаем случилась беда. То-ли мистика, то-ли ещё что-то, необъяснимые человеческим разумом. Очень суровый и в то же время очень нежный, добрый рассказ. Ещё раз спасибо вам, дорогой автор! Я бы отметил, что вы состоявшийся писатель. Причём очень интересный! Успехов и вдохновения вам, дорогой друг Андрей!
15:52
+1
Юрмет, позвольте тоже называть Вас другом и не из-за хорошего отзыва на мои творения. Я с детсва увлекаюсь историей, особенно авиацией. Происходящее в повествовании приснилось мне во сне, так и родился этот рассказ Я был на месте Николая и после этого сна я 3 дня не мог поднять левую руку, в которую был ранен. На фото Людмила Константиновна Карасёва — мама моей любимой женщины Ольги, это она маленькая у неё на руках. Рассказ реален, позже, после своего сна, я узнал, что мой сон был живым слепком с реальности прошлого.

С уважением, Андрей.