Этта. Глава 13

Этта. Глава 13

Я не ошибся. Примерно через восемь часов меня разбудили дежурившие у моей комнаты офицеры Центра с известием, что через час я должен предстать перед комиссией для оглашения вердикта по делу XL17e. Как говорится, наступил момент истины. Внутренне я был готов к этому и знал, что интуиция меня не подводит и всё будет так, как я и предполагал.

    Войдя зал заседаний, я снова увидел друзей из нашей экспедиции. Здесь же, в сопровождении конвоя, присутствовал и Андрей Богданов, выглядевший уже вполне здоровым. Взглянув на помятые и хмурые лица членов комиссии, я понял, в отличие от меня, эти высокие чины всю ночь не смыкали глаз. Они не начинали оглашение вердикта, словно ожидая кого-то ещё. Затянувшуюся паузу прервало появление в зале Михаэля Рамоса. «А ему-то что здесь надо? Ведь он уже выполнил свой долг» - подумал я. Председатель начала свою речь:
    - Признаю, что перед Центром впервые возникла такая сложная ситуация, как сейчас. Мы собрали всех здесь одновременно, чтобы вы выслушали решение по делу XL17е. Сразу скажу, оно было сложным для нас.
 
    Тон её речи был совершенно иным, чем в прошлый раз, когда она задавала вопросы мне и Богданову. Возможно, дала о себе знать бессонная ночь, которую члены комиссии провели, совещаясь по нашему вопросу. Это было видно по их уставшим лицам, а может, сказалось наше общее вчерашнее выступление. Каждый из нас приготовился внимательно слушать, что будет сказано. Ведь мы присутствовали при историческом событии! На наших глазах происходило признание полноценного контакта человечества с другим разумом! Моя судьба, как и судьба Богданова, отходила на второй план, а председатель продолжала:
    - Рассмотрев все данные, имеющиеся у нас и учитывая вчерашние выступления присутствующих, комиссия приняла решение объявить планету XL17е карантинной зоной с запретом посещения её без соответствующего разрешения. Также, согласно общему решению, планете присваивается имя Этта, - я тут же поймал на себе ревнивый взгляд Милы. - Из членов контрольной экспедиции и всех, кто принимал участие в работе на XL17e, создаётся новое подразделение под юрисдикцией Центра. В его задачу входит поддерживание постоянного и устойчивого контакта с внеземным разумом и его изучение под наблюдением наших представителей, за которыми закрепляется право принятия окончательного решения по вопросам дальнейшего взаимодействия с сознанием, обнаруженным на планете Этта.

    Зная, что так и будет, я всё равно облегчённо вдохнул и выдохнул. Нам удалось пробить брешь в бюрократических препятствиях, которые существовали в Центре, как и в любом другом административном органе управления. Но это был ещё не конец речи председателя комиссии.
    - Прошу обратить внимание на утверждённый состав контактной группы и распределение обязанностей: Марк Карлен назначается руководителем, и он будет нести полную ответственность за её действия, Мила Чер - ведущим экзобиологом. Её задача: дальнейшее наблюдение за биосферой планеты, взаимодействием с ней человека и изучение этого организма в целом. За Сергеем Зарубиным закрепляется медицинское обслуживание рабочего персонала на Этте, - огласила она список основных лиц. Судя по её недолгому молчанию, я понял: дело наконец-то дошло и до меня. Этой минуты я ждал с момента приземления на Беллу.
    - Ввиду неоднократного нарушения Парксом устава космофлота, он лишается офицерского звания, и, как лицо, вошедшее в контакт первого уровня, назначается консультантом при созданной группе с запретом покидать Этту без соответствующего разрешения. Такое же решение комиссия приняла и в отношении Богданова. Он также понижается рангом до рядового, выводится из десантных подразделений и, после выздоровления, поступает в распоряжение вспомогательной команды, которая создаётся из разведчиков, имевших визуальный или иной контакт с этим разумом, а также из тех, кто при нём присутствовал. Надзор за основной и руководство вспомогательной контактной группой возлагается на Михаэля Рамоса, как на действующего офицера службы внутренней безопасности космофлота, - огласила председатель вердикт комиссии. Это решение нисколько не удивило меня. Ещё вчера, когда я мерил комнату шагами, то, благодаря открывшимся способностям, знал, что так оно и будет.

    Нетрудно догадаться, что Центр просто подстраховался. Все, кто хоть каким-то образом вступал во взаимодействие с иным сознанием, останутся на планете до тех пор, пока это явление не будет изучено и принято человечеством. Этого требовали элементарные правила безопасности. И это было здравое решение: человек впервые столкнулся в космосе с разумом, который превосходил человеческий на несколько порядков. И то, что этот разум едва не уничтожил всех косморазвечиков на Этте, говорило в пользу такого решения. Следующие слова председателя показали, что я был прав в своих догадках и предчувствиях. Она подвела итог своей речи:
    - Для необходимой поддержки за этими группами закрепляются крейсер «Коалиция» и шлюп «Конунг». Созданным подразделениям и командам даётся семьдесят два часа для отдыха и пополнения запасов на своих кораблях. По истечении этого времени прошу всех приступить к исполнению своих обязанностей. До этого момента все вы будете находиться под особым надзором.
    Я обрадовался, что нам удалось добиться своего, но взглянул на помрачневшего Николая Берзина и вспомнил ещё об одном деле.
    - Разрешите обратиться к уважаемой комиссии? – спросил я.
    Мне стало стыдно за то, что я едва не забыл о проблеме своего друга. Он упорно скрывал её ото всех, но теперь что-то скрыть от меня было невозможно.
    - Что вас опять не устраивает, Паркс? Не забывайтесь! После совершённых нарушений устава космофлота, мы и так слишком мягко обошлись с вами, - раздражённо спросила председатель комиссии. Я постарался быть предельно учтивым.
    - Прошу прощения, судя по задачам, поставленным перед нами, наше пребывание на Этте может затянуться на неопределённый срок. Я прошу дать возможность Николаю Берзину навестить супругу с последующим возвращением к своим обязанностям в составе нашей группы на Этте, - обратился я к комиссии. Я наблюдал за тем, как они совещаются между собой, и уже знал, что происходит в головах членов комиссии, и, понимая их сомнения, добавил:
    - Берзин не имел контакта с этим разумом. Считаю, он не представляет потенциальной опасности. Прошу удовлетворить мою просьбу.  
    В комиссии опять долго спорили о чём-то, затем председатель ответила мне и тем, кто с особенным нетерпением ждал ответа:
    - Членам контактной и вспомогательной групп, не имевшим визуального или иного контакта с инопланетным сознанием, разрешается навестить родных. По истечении отведённого для этого времени, они обязаны вернуться в расположение подразделений и приступить к выполнению своих обязанностей. На этом заседание по делу XL17е объявляется закрытым.

    Трудно описать чувства, которые переполняли меня в тот момент. Мы сделали практически невозможное: изменили ход человеческой истории раз и навсегда! Что принесёт этот контакт человечеству, зависело только от нас, от людей. Я почувствовал, что наконец-то сделал то, к чему стремился с момента первого полёта в космос - мне удалось слиться с ним в единое целое! Теперь моя жизнь проходит уже не впустую!

    Не стесняясь окружающих, ко мне подбежала Мила и крепко обняла меня.
    - Я знала! У нас получилось! – сказала она и, не давая шанса опомниться, поцеловала меня.
    Подошли и те, кто присутствовал здесь. Они тоже не скрывали удовлетворения от того, что всё так закончилось, и поздравляли меня с благополучным исходом дела.
    - Спасибо, Алекс, от меня и от моей супруги! Честно скажу, не ожидал от тебя этого. Обещаю, что не подведу и вернусь в назначенное время, - поблагодарил меня Николай.
    - Ты же мой друг и товарищ. Как я мог не подумать о тебе? Тем более, у тебя на лице всё было написано, и только дурак не понял бы, что тебя беспокоит. Передавай привет своей благоверной, - ответил я, понимая, что Берзин сейчас испытывает.
    По идее, его надо было отпустить к беременной жене, чтобы поддержать её до рождения ребёнка. Но он офицер космофлота и обязан выполнять распоряжения сверху.

    Подошёл и Михаэль Рамос, только что назначенный руководителем приданной нам вспомогательной группы косморазведчиков. Он, по своему обыкновению, на какое-то время замялся и сказал:
    - Рад, что не ошибся, когда пошёл тебе навстречу. Вижу, что поступил тогда правильно, хоть и вопреки инструкциям. Хорошо, что мы с тобой ещё на той базе нашли общий язык и взаимопонимание. Честно скажу, буду только рад работать вместе с тобой. Однако не забывай, что, помимо руководителя вспомогательной группы, я остаюсь офицером службы внутренней безопасности.
    - Я тоже рад, Михаэль. Не волнуйся, такое разве забудешь? Мне тоже будет приятно работать с таким профессионалом, как ты. Думаю, проблем у нас в работе больше не возникнет, - ответил я, в глубине души радуясь, что не ошибся в нём тогда, у центрального входа на базу разведчиков.

    Постепенно все стали расходиться. У каждого из нас имелась куча дел и вопросов, которые необходимо было решить в течение отведённых 72-ух часов. Берзину предстояло собрать людей, которым тоже разрешалось навестить родных. Марку Карлену, как руководителю контактной группы, надо было подготовить всё необходимое для нашей работы на Этте. На Рамоса легла обязанность по формированию и экипировке вспомогательной группы из тех косморазведчиков, кто имел хоть какое-то взаимодействие с иным разумом и его проявлениями. По сути, это были практически все, кого мы эвакуировали с планеты. Так что группа у него набиралась внушительная, но Рамос - опытный офицер, и я не сомневался, что он справится с этой задачей.

    Мила быстро управилась со своими делами, и после этого у нас было ещё достаточно времени до отлёта на Этту, чтобы провести его друг с другом и многое обсудить. Поначалу я переживал за неё. Она, молодой и талантливый специалист, будет находиться на Этте, как в ссылке, не имея права покинуть её без разрешения контролирующих нас представителей Центра. Но пообщавшись с ней я понял, что Мила только рада этому - не каждому начинающему экзобиологу выпадает шанс изучать новую разумную форму жизни в известном нам космосе.

    По истечении отведённого времени, мы закончили приготовления. И после возвращения на Беллу тех, кому давались кратковременные отпуска, все были готовы к отлёту. По лицам некоторых косморазведчиков, особенно из группы Рамоса, было видно: их не радовала перспектива оказаться в подвешенном состоянии на Этте. Центр так и не смог точно определиться, что ему делать с теми, кто не имел прямого контакта с неизвестным разумом. Отправляя «несчастных» вместе с нами на Этту на неопределённый срок, власть решила подстраховаться. Выбора у людей, которых, по сути, блокировали на планете, не было. Пришлось подчиниться, все они, как и мы, осознанно сделали свой выбор ещё при поступлении на службу.

    После того, как наблюдатели Центра вызвали к себе Карлена и Рамоса, и те получили необходимые инструкции, крейсер «Коалиция» и шлюп «Конунг» покинули орбиту Беллы и легли на новый курс. По выходу в околозвёздное пространство РН132 они вошли в режим «прыжка» и устремились к звезде XL17.

Оценки читателей:
Рейтинг 0 (Голосов: 0)

Не забывайте, нажав кнопку "Мне нравится" вы приглашаете почитать своё произведение 10-15 друзей из "Одноклассников". Если нажмут кнопку и они, то у вас будет несколько сотен читателей.

RSS
Классно! Спасибо!
12:12
+1
Спасибо, Юрик, за отзыв.

С уважением, Андрей.