Муха

Муха

       Каждый раз, прежде чем выключить свет и закрыть глаза, мой взгляд невольно останавливался на еле заметном, слегка размазанном пятнышке…
       Ничего, кроме домашнего тапка под рукой, тогда не оказалось. Удар… – и всё кончено. Без шансов.
       Кажется, чего особенного? Сотнями давим, не замечая. А здесь… Зачем то ведь залетела, можно сказать, в гости, а я возьми да прихлопни. Может у неё дела какие… или миссия? А почему, нет? А я… Даже жалко стало. Одно успокаивало: что-либо почувствовать она вряд ли успела.
       Пятну этому, уж год. А почистить…
       Кого перед сном мысли не донимают?.. О минувшем дне, предстоящих делах… Пока, наконец, не накроет пелена, а мысли не уступят место образам. Цепочка. Без неё – никак. Всё в этом мире взаимосвязано и во всём свой смысл. И в мухе, видимо, тоже.

       Утреннее настроение на моём лице выглядело куда улыбчивей вечернего, ибо навевало хоть и небольшими, но изменениями. К лучшему, разумеется. А так… изо дня в день по инерции: подъём – отбой. А между, – работа. И хорошо, если нескучная.
       На выходе из подъезда чуть не споткнулся… В тамбуре темно. И только в последний момент едва заметил свернувшегося на коврике полусонного Пушкина. Тот не часто, но случалось, спал в подъезде. Первое время выгоняли, потом перестали. Даже подкармливали. Жалко, уж больно безобидный он был, да к тому же с очевидной инвалидностью.
       У кого в подъезде Мурка живёт, у кого – Тузик. А у нас вот, Пушкин.

       Когда вышел, не сразу сообразил… Первое впечатление, фильм снимают. Но какое кино без камер, съёмочной группы и ограждений?.. Всюду лишь толпы неподвижно стоящих, ничего не понимающих людей и застывший в «пробках» транспорт. Во всём ощущалась тяжесть, и даже тягучесть. Воздух и тот был каким-то желеобразным, прорезиненным.
       И полная растерянность. Кажется, ещё немного – и паника. А затем и подгоняемый страхом хаос. И тогда не удержать…
       Спрашивать… – бессмысленно. Все стояли молча, запрокинув головы, не обращая друг на друга никакого внимания.
       Неплохое начало для «Откровения»!

       Обстановка на работе ничем не отличалась от уличной. Та же растерянность и страх. Ситуацию усугубляли неработающие средства связи и электроника.
       При данных обстоятельствах, первое, что пришло в голову, – написать… Бумаги хватает. Но тут же осёкся… Кто доставлять-то будет? Каждый сейчас лишь о себе… А почтовые голуби в штате не значатся. Да что и кому писать? Думаю, и «наверху» знают не больше нашего.

       С первыми лучами повыползали из своих норок и «бывшие интеллигенты». И прямиком к «точке», как на работу. Лучше места и не найти: буйная растительность, речка... Да и из местных, после участившихся укусов чешуйчатыми, – никто не зарился. А у них с этим всё в порядке: кровь ядовитей любой мамбы будет! Так что ещё неизвестно, кто кого бояться должен…
       Ни у кого – ни документов, ни имён. Исключительно, прозвища. Но какие!..
       «Эвклид», «Капитан», «Золушка»… «Пушкин» – в большинстве своём люди образованные и даже творческие (в их среде те же стихи читать – дело обычное). Но никому не нужные. Просто вычеркнутые. В том числе и из всех существующих реестров.
       Контингент хоть и пошатывающийся, но голов не задирающий. Смотрящий прямо и под ноги. Туда, где найти что-то можно, а значит и выжить. А что, небо... - так это для «небожителей».

       …Происходящее напоминало удалённый гипносеанс. Человек переставал реагировать на окружающую обстановку и молча покидал помещение. Ещё шаг, два… и исчезал, испарялся. Один, другой, следующий… Затем сразу несколько. Ещё, ещё… Пять минут – и офис пуст.
       Неожиданно включился мой «PC»… И вот те, пожалуйста: на весь экран моя старая знакомая! И сразу обратный отсчёт: пять, четыре…

       Распогодилось. Висевшая над городом туча растаяла так же внезапно, как и возникла.
       …«БИ» не просыхали, ненадолго прерываясь лишь для пополнения провианта. Вот и сейчас, уютно устроившись в одной из освободившихся «трёшек», – ждали гонца с элитарной жратвой и пойлом. Благо всё теперь стало бесплатным. Ни кассиров, ни покупателей…
       От пятнышка на потолке – и след простыл. А на его месте, почёсывая бежевое брюшко, сидела обычная комнатная муха и с нескрываемым наслаждением слушала «Цокотуху» Чуковского…
       Это был её последний, из отпущенных природой, день.
       Судя по всему, жизнью она осталась довольна.

26.06.2019

Оценки читателей:
Рейтинг 0 (Голосов: 0)

Не забывайте, нажав кнопку "Мне нравится" вы приглашаете почитать своё произведение 10-15 друзей из "Одноклассников". Если нажмут кнопку и они, то у вас будет несколько сотен читателей.

RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!