Этта. Глава 9

Этта. Глава 9

Очнувшись на аэроносилках, я ничего не помнил и не мог двигаться. Тело как будто бы онемело, шевелились только пальцы на руках. Всё вокруг было словно в тумане. Что-то случилось со зрением, я видел лишь расплывчатые очертания фигур. «Ну вот и всё, вот и конец истории…» - пронеслось в сознании, пока меня куда-то несли. Приподняв голову, краем глаза я увидел, что моё тело было крепко зафиксировано ремнями. Оставалось только смириться и ждать своей участи. Помимо этого, я ощутил ещё одну вещь: в сознании возникло что-то новое и пока ещё не понятное для меня.

    Последним воспоминанием было, как Этта взяла мою голову в ладони. Заглянув в мои глаза, она показала мне то, чего нельзя описать словами, такое невозможно выразить человеческим языком! Этта передала мне частицу своего разума! Чер была абсолютно права во время нашего последнего разговора, когда предположила, что XL17e - это единый живой и разумный организм. Как хотелось бы сейчас обрадовать Милу тем, что она не ошиблась и сделала правильные выводы относительно этой планеты. Только как сказать ей об этом сейчас?
   
    Я попытался привстать, но не смог из-за фиксаторов, которые закрепляли меня в лежачем положении. Я ещё раз огляделся, но так ничего и не увидел кроме размытых пятен. Зрение до сих пор не могло сфокусироваться. Внезапно чья-то рука придавила моё тело к носилкам и знакомый голос резко произнёс:
    - Лежи смирно и не дёргайся, дурак! Радуйся, что мы успели прилететь сюда и найти тебя быстрее, чем Рамос. Сейчас донесём тебя до модуля, а на «Конунге» ты получишь «по полной программе».

    Это был голос Милы Чер. Но почему она говорит со мной таким тоном? Судя по её интонации, она сильно зла на меня. За что? Ведь я ничего плохого ей не сделал. Наконец-то ко мне возвратилось зрение, и я увидел, что мы подошли к посадочному модулю с «Конунга». Внезапно дорогу нам преградили четверо вооружённых десантников во главе с Михаэлем Рамосом.
    - Ещё раз повторяю: Алекс Паркс официально арестован! Давайте без глупостей! Он дал слово, что сдастся, как только завершится операция по спасению разведчиков, - десантники обступили наших людей и взяли их на прицел.
    - Согласно уставу космофлота и положению о контрольных экспедициях, мы первые должны опросить и осмотреть его, - ответила Мила. - Как только мы это сделаем, то сразу же передадим его вам.
    - Не забывайтесь! Паркс не просто арестован, на него заведено дело о нарушении устава при исполнении служебных обязанностей. Он неоднократно, без согласования вступал в контакт первого уровня, не имея на это разрешения. Я имею полное право применить против вас оружие!
    - Знаю! Попробуйте, и у нас зубы есть, мы тоже вооружены. Лучше дайте пройти по-хорошему! Нам нужно осмотреть его и зафиксировать показания на нашем корабле, - зарычала тигрицей на Рамоса Мила. - Его отстранили от руководства контрольной экспедицией, но он всё ещё член нашей команды. После осмотра и дачи показаний мы сразу передадим его вам.
    - Хорошо, я отправлю с вами нашего сотрудника для контроля за ситуацией. Поверьте, это необходимо, - постепенно стал отступать под напором Милы Рамос, и тут произошло то, чего от нашего экзобиолога никто не ожидал!
    - Согласно пункту 11 главы 29 устава космофлота, при экстренных ситуациях, и учитывая сложившуюся обстановку, контрольная экспедиция вправе самостоятельно принимать решение о своих действиях, - отчеканила Мила. Нужно было видеть лицо Рамоса, удивлённого её словами, а она продолжала:
    - Наша команда первой проведёт обследование Алекса Паркса и зафиксирует все данные на «Конунге», после чего мы передадим арестованного вам для дальнейшего разбирательства. Это приказ нашего нового руководителя Марка Карлена. Теперь все вопросы решайте через него. Его распоряжением Алекс Паркс официально отстранён от командования контрольной экспедицией XL17e.

    «Молодец Мила!» - думал я, лёжа на аэроносилках и слушая перепалку Милы с капитаном службы безопасности. Теперь появился шанс сохранить все данные, которые не должны достаться Рамосу прежде, чем попадут к нам на «Конунг». В моих руках была важная информация, которую несколько часов назад я скопировал в ремонтном отсеке на базе разведчиков. Она станет главным козырем, который поможет исправить возникшую ситуацию. В блоке памяти моего «экзота» были данные о неоднократном проявлении активности неизвестного нам разума на XL17e, явившегося передо мной в облике Этты Варшавской, с которым у меня был полноценный физический и ментальный контакт. 
    - Напрасно вы так, у него был контакт первого уровня с иным разумом. Возможно, вы сами не знаете, кого несёте сейчас на корабль, - сказал Рамос.
    В ответ прозвучали слова Милы:
    - Знаем, мы несём к себе Алекса Паркса, и пока мы не снимем с него все данные, забудьте о нём.
Ко мне окончательно вернулось зрение, и я увидел, как десантники расступились перед нашими людьми, а меня на аэроносилках загрузили в посадочный модуль.

    Когда мои товарищи наконец-то сняли удерживающие крепления, я попытался встать с носилок, но безуспешно. Я сразу же упал и наделал много шуму. Чьи-то руки поставили меня на ноги, и на уровне своего лица я увидел Милу. Она как-то странно на меня смотрела: то ли с упрёком, то ли с радостью.
    - Вкатите ему половину дозы транквилизатора, а то он, не дай Бог, в полёте ещё откроет шлюз и выйдет в открытый космос, - сказала она, обращаясь к кому-то.
    Я попытался возразить, но не мог привести сознание в норму. Мне сделали инъекцию успокоительного, и я сразу же уснул.
    - Давай, просыпайся и приходи в себя, времени у нас и так почти не осталось. Нужно с тобой поговорить. Вы ему точно небольшую дозу поставили? - разбудил меня знакомый голос.
    - Конечно, мне он тоже нужен, у меня с ним свои счёты, – ответила Мила. Я открыл глаза и увидел Марка Карлена и Милу Чер, а позади них стоял Николай Берзин.
    - Дайте воды, - попросил я, осмотрелся по сторонам и узнал свою каюту на «Конунге». Часть воспоминаний, начиная с момента, как Этта взяла мою голову в ладони, и её разум проник в мой, до сих пор была словно в густом тумане. Чувствуя, как что-то новое вошло в моё сознание, я понимал, что узнал нечто важное. Но что именно — так и не мог понять. Мне принесли воды, я пил и не мог напиться, как будто долгое время страдал от жажды.

    Как только товарищи увидели, что я напился, то сразу перешли к делу:
    - Ну, Алекс, если ты пришёл в себя, расскажи, что произошло на базе разведчиков и в квадрате М11?
    Сразу ответить я не смог.
    - У меня были данные, которые я скачал на блок памяти "экзота", – я окончательно пришёл в себя телом и разумом. 
    - Не волнуйся, это уже у нас. После того как ты включил маяк, мы нашли тебя быстрее, чем люди Рамоса. Тебе повезло, в отличие от Богданова, которого ты, оказывается, подговорил пойти на преступление!
    - Что с ним?
    - Он тяжело ранен. Ты знаешь, что его теперь ждёт трибунал?
    - Знаю. Вы данные, которые я принёс, просмотрели?
    - Да, это абсолютно новое явление в моей практике и в планетологии. Данные по XL17e могут изменить подход к изучению новых экзопланет, - сказал Карлен. Мила стояла в стороне и взглядом пыталась прожечь во мне дыру, и Марк, словно угадав мои мысли, продолжил:
    - С Зарубиным всё в порядке, его уже прооперировали. Жить будет, он сейчас под транквилизаторами и постоянно ругается во сне, вспоминая какую-то Этту.

    - Марк, на той базе мы с Сергеем вступили в контакт первого уровня с иным разумом, который предстал перед нами в облике нашей общей знакомой Этты Варшавской. Два года назад она погибла у нас на глазах на Ириде. XL17e – живое существо с сознанием, которое превосходит человеческий на несколько порядков! Кёртнин передавал в Центр не все данные - из-за его ошибки погибли косморазведчики, и может погибнуть ещё множество людей! У подчинённых Кёртнина была возможность войти в контакт с этим разумом, который неоднократно подавал им знаки. Но они не воспринимали их всерьёз и списывали все эти попытки на природные явления! Вы понимаете? – спросил я и посмотрел на Берзина, который меня внимательно слушал. - Кстати, ты правильно сделал, Николай, что доложил службе безопасности о нашем контакте. Несмотря на то, что теперь меня ждут неприятности, я тебя ни в чём не виню.

    - Спасибо за понимание, - ответил он.
    - Предатель! - тихо вырвалось у Милы в адрес Берзина, и она зло посмотрела на него.
    - Нет, он не предатель. Мы должны соблюдать инструкции и правила. Ты была абсолютно права, когда предположила, что сама планета — единый живой и разумный организм. Этот разум пытался достучаться до косморазведчиков, но они его не услышали. Из-за этого тут и погибли все эти люди, - сказал я и посмотрел на реакцию Милы. Она сменила гнев на милость. На её лице, как у большого ребёнка, сияло удовольствие от того, что она оказалась права в своих предположениях. Её большие выразительные глаза сверкали от радости, но всё ещё с укором смотрели на меня.

    - Как ты представляешь себе это оформить? Я принял руководство контрольной экспедицией, а ты официально арестован службой безопасности, и скоро мы передадим тебя Рамосу, - спросил меня Марк.
    - Да как вы можете так легко сдаться?! – внезапно взорвалась Мила, которая до этого молча стояла рядом. - Вы же профессионалы! Паркс, я отбила тебя у Рамоса? Отбила! Если у меня, как вы говорите, «птенца», хватило на это ума, так включите и вы свой! Если я смогла это сделать, так и вы взмахните крыльями, «старые вороны», или всё, сдаётесь?

    Что тут говорить, она была права. У нас оставалось мало времени, но оно пока ещё было. Мы вместе подготовили отчёт о нашей работе, внеся в него последние данные, историю и подробное описание контакта на XL17е с иным разумом, который принял облик Этты Варшавской. Марк Карлен, как новый руководитель контрольной экспедиции, заверил информацию в необходимой для этого форме. Осталось решить вопрос со мной - нужно подготовиться к неизбежному разбирательству.

    Берзин, молчавший до этого, наконец-то заговорил. Он предложил провести здесь, на «Конунге», моё полное медицинское обследование и, несмотря на гневные взгляды Милы, был прав. Эти данные мне обязательно пригодятся, их, кстати, тоже необходимо внести в отчёт экспедиции.

    Мы перешли в медицинский отсек, где, облепленный датчиками, восстанавливался после операции Сергей Зарубин. Сканирование моих внутренних органов показало, что все они целы и невредимы, никаких повреждений или инородных тел внутри меня не обнаружено. Это радовало, осталось только пройти проверку сознания и реакции. Наш «главный психолог» мирно дремал рядом и не ставил передо мной каверзных задач, так что я успешно прошёл тесты и выполнил необходимые задания по проверке реакции.

    Теперь у нас на руках были доказательства моей физической и психической полноценности как нормального человека, а не тронувшегося рассудком сотрудника контрольной экспедиции. Плюс имелись данные, которые я скопировал на базе разведчиков. Это будет серьёзной поддержкой во время разбирательства - я был полностью готов к встрече с Рамосом. Связавшись с «Коалицией», Карлен договорился, что мои товарищи сами доставят меня к ним на корабль. До отлёта оставалось около получаса. Я поймал на себе взгляд Милы, она смотрела с тоской и грустью, и на её ресницах дрожали слёзы. Заметив это, Марк с Николаем переглянулись, сказали, что через полчаса свяжутся со мной и вышли из каюты.
 
    - Почему всегда, когда я хочу поговорить с тобой, у тебя нет для этого времени? – спросила Мила, подойдя чуть ближе.
    - У нас есть полчаса, это лучше, чем ничего, - ответил я, и сердце вновь забилось быстрее обычного.
    - Я знаю, сейчас не самое подходящее время для этого разговора. Ты встретил там ту, которую когда-то любил и потерял, - мягко начала она. Но я не дал ей договорить:
    - Это была не она, а лишь проекция из моего сознания. Той Этты, которую я любил, давно нет в живых. У меня осталась только память о ней. То, что произошло на этой планете, к настоящей Этте не имеет ни малейшего отношения. Спасибо тебе, что нашла меня быстрее, чем Рамос.
    - Ну, раз так, теперь ты мой должник, и я возьму с тебя «по полной программе», и не вздумай увиливать, - улыбнувшись, ответила Мила и подошла ко мне совсем близко. Наши глаза опять встретились, и она спросила:
    - Как думаешь, есть шанс, что всё это хорошо закончится?
    - Конечно, думаю, меня оправдают благодаря обстоятельствам, которые сложились на XL17e. Не волнуйся... - ответил я, но, видимо, это было не то, что она хотела услышать.   
    - Я не это имела в виду, Алекс, – произнесла Мила тихим и мягким голосом.
    Я ещё раз внимательно посмотрел ей в глаза, крепко обнял и поцеловал долгим поцелуем. Прижимая Милу к себе, я чувствовал, как в бешеном, но ровном ритме билось её сердце.
    - Всё у нас будет хорошо, поверь, - сказал я, обнимая её.
    - Я уже ненавижу эти слова. Сколько раз за последнее время ты их говорил? Конечно, будет! - ответила она. - Нас всех тоже обязательно вызовут, но мы тебя на съедение не отдадим, будь уверен.
    - Знаю, - ответил я и ощутил вновь вернувшиеся спокойствие и уверенность, что всё так и будет.    

    Нашу идиллию прервал сигнал интеркома. Как быстро пролетели эти полчаса. Пришло время выполнять обещания, данные мной и нашей командой капитану службы внутренней безопасности Михаэлю Рамосу.
    - Алекс, ты готов? – спросил Карлен.
    - Да, Марк, свяжитесь с «Коалицией». Через две минуты буду у вас. Я собрал вещи, которые могут пригодиться, и мы с Милой вышли из каюты.
    Карлен и Берзин были готовы и ждали только меня.      
    - Не беспокойся, всё будет хорошо, верь! - сказал я ещё раз Миле и поцеловал её на прощание - она уже не скрывала слёз. Мы благополучно долетели до крейсера «Коалиция», где на выходе из стыковочного шлюза нас встретил Рамос и двое вооружённых десантников.

Оценки читателей:
Рейтинг 0 (Голосов: 0)

Не забывайте, нажав кнопку "Мне нравится" вы приглашаете почитать своё произведение 10-15 друзей из "Одноклассников". Если нажмут кнопку и они, то у вас будет несколько сотен читателей.

RSS
thumbsup Великолепно!
11:17
Спасибо, Юрик, за отзыв.

С уважением, Андрей.