С ОТКРЫТЫМ СЕРДЦЕМ О ВОЙНЕ

С ОТКРЫТЫМ СЕРДЦЕМ О ВОЙНЕ

Ожидания не оправдались

Фашистские лётчики-асы, холёные, высокомерные, взлетавшие с приграничных аэродромов Польши, ранним утром 22 июня были удивлены, что эта земля, казавшаяся такой умиротворённой, дремлющей в туманной дымке лесов и полей, станет огрызаться. Как могут представители низшей расы сопротивляться им и превращать их «мессершмитты» и «юнкерсы» в «чёрные тюльпаны», стремительно падающие на землю. Ведь гитлеровцы думали, что будут воевать со стадом, безответным, оболваненным пропагандой о всеобщем равенстве.

Да, война ворвалась в западные области Советской страны именно гулом авиационных моторов. Жители ничего не понимали до той секунды, пока не раздавался надсадный свист и разрыв. Погибали с растерянной улыбкой. Но народу понадобилось несколько часов, чтобы осознать, что мы теряем не только западные области, а всю страну. И потом грянуло во всех репродукторах: «Вставай, страна огромная!» Решимость броситься в огонь накалилась так, что военкоматы не справлялись с записью на фронт, и во дворах кричали оскорблённые, набрасываясь на военкомов с кулаками. Здесь не было никакого «патриотического угара», была лишь вера в себя и аксиома, заложенная в генетический код, – Родину необходимо защищать. Так было на Руси всегда: «Наше дело правое, враг будет разбит, Победа будет за нами».

Фашистам не досталось не только Москвы, но даже обречённого, обложенного со всех сторон Ленинграда. Они взяли Минск, Киев и Харьков, Курск и Смоленск, тянулись к Сталинграду, но даже полностью разрушенного города – им не досталось! Спустя уже год, после срыва «молниеносной войны», они удивлённо подсчитывали потери и были готовы пересмотреть свою расовую теорию.

Дети – герои

Враг не ожидал, что на его пути встанут дети, которые видели смерть родителей на фашистских виселицах, у расстрельных стен, и даже на плахах, где развлекались зондеркоманды СС. Дети запоминали не тексты приказов по армиям и округам – они видели, что людей жгут в сараях, как скот, стреляют по ним в упор, морят голодом, обирают до нитки. И дети начали мстить.

Уходили в партизаны, вели диверсионную борьбу, порой в одиночку. Клеили листовки, выполняли задания подпольных обкомов, собирали информацию о передвижении войск, пускали под откос поезда, убивали захватчиков из-за угла. И гибли, гибли.

Зина Портнова и Люся Герасименко, Марат Казей и Витя Коробков, Боря Цариков и Володя Дубинин – их имена я помню с детства благодаря замечательной книжной серии «Пионеры-герои». Были ещё серии «Комсомольцы-герои» и «Октябрята-герои». В последней описывался подвиг ребят, которым было не больше десяти лет. Дети полков, прошедшие с действующими армиями и партизанскими соединениями не одну сотню километров, они лучше управлялись с оружием, чем с примерами по арифметике.

Не забыты ни подвиги, ни слава…

Зачем сейчас вспоминать об этом? Зачем об этих зверствах по поводу и без повода? Детям нашим они – зачем? Почти 80 лет назад это было, больше, авось, не будет.

А помнить надо потому, что без памяти мы действительно станем продуктами пропагандистской машины, то есть, теми, кем нас считали гитлеровцы. И враг никуда не делся. Он по-прежнему смотрит с той стороны границы. И теперь уже целятся в нас и в наших детей, объявляя россиян зачинщиками той войны, то есть, в то летнее утро – захватчиками бедной маленькой Европы, а не истекающими кровью, отбивающимися от очередного вторжения.

Те дети, мученики войны, сражались и погибли, и зачеркнуть их никто не может. Только если мы перестанем говорить о них, а вслед за нами замолчат все остальные. Тогда, может быть… Но даже тогда – нет! Не отменимы ни подвиги, ни слава, ни горе. Они просачиваются сквозь самые плотные завесы умолчания, цензуры, искусственных и циничных информационных блокад. Правда всплывает наружу, даже искажённая до неузнаваемости.

Нравственный выбор – один

Величие детей, воевавших в те годы, не в количестве пущенных под откос составов, а тем, как рано сделали они свой личный нравственный выбор. Самое главное в человеке – сделать его, и тот, кто не способен на это, до конца жизни будет ненавидеть и из зависти обливать грязью тех, кто смог, кто приподнялся над собой, как над бруствером окопа, и полетел над взрывающимся смертным полем, крича что-то неразборчивое, страшное, на одной ревущей ноте.

Хочется верить, что, делая свой нравственный выбор, сегодняшние дети, способны на настоящие чудеса, вникнув в войну как повод для размышлений о том, кто мы такие, зачем пришли на землю, и отчего уйдём с неё в назначенный час.

Нравственный выбор один: решить, с кем ты, со своей страной, или с теми, кому абсолютно всё равно, что с ней будет дальше. Для пионеров и октябрят 1941-го года, и для сегодняшних школьников он сути не меняет.

Согласитесь, что не хочется, чтобы дети видели в войне нечто бывшее слишком давно, и слишком надоевшее, чтобы к ней можно было бы относиться с настоящими чувствами.

История и память – всегда с нами

К истории можно прикоснуться и сейчас, погладив шершавые руки тех, кто 76 лет назад слышал вой сирен противовоздушной обороны, дежурил на чердаках, туша зажигательные бомбы, сутками стоял у станков, изготавливая оружие и боеприпасы для армии, кто рыл окопы, работал в госпиталях, выращивал хлеб для фронта.

Ещё живы те, кто стоял у зенитных орудий, видя, как скрещиваются римскими цифрами в чёрном небе лучи прожекторов, и несутся вверх трассирующие очереди пулемётов, и окна заклеены крест-накрест, и плотно задёрнуты на них шторы светомаскировки. К счастью, немало осталось в живых тех, кто, чавкая по отсыревшей глине блиндажа, примыкал штык к винтовке, ожидая сигнала к атаке.

Поэтому нам никак нельзя терять такого важного, такого необходимого всем россиянам чувства сопричастности. Ведь история – здесь. История – сейчас. Память – здесь и сейчас. Осталось только прийти к истории и памяти с открытым сердцем, полным любви и боли.

Оценки жюри:
Рейтинг 9 (Голосов: 0)
Оценки читателей:
Рейтинг 9.83 (Голосов: 0)
11:14
RSS

Большое спасибо! Принято. Удачи!