За радость тихую дышать и жить...

За радость тихую дышать и жить...

За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 За радость тихую дышать и жить...

— Настенька, где дядя Серёжа? — спрашивает у годовалой дочки Елена Николаевна.

     Шустрая девчушка, гоняющаяся по комнате за кошкой, замирает и показывает ручонкой на нишу в мебельной стенке, где за свечкой выставлены фотографии красивого улыбающегося парня. За секунду до этого резвившийся ребенок смотрит на снимки серьезно и сосредоточенно. Елена Николаевна тяжело вздыхает:

— Скоро у брата день рождения…

Сергей Малик родился 17 февраля 1969 года, когда в календаре великой страны еще не было даты — День памяти воинов-интернационалистов. Теперь для семьи Маликов эти два дня слились в одно скорбное целое. А тогда для офицера-артиллериста Николая Яковлевича, его верной спутницы во всех странствиях кадрового военного жены Валентины Ивановны был праздник из праздников: первенец родился! Ждали кудрявую беленькую девочку — на свет появился мальчик-блондин.

Все смеялись, когда подросший Сережа, нацепив на кудряшки отцовскую фуражку артиллериста и облачившись в его портупею, подбоченясь, заявлял:

— Я буду Яшка-тлист!

Не до смеха было собиравшемуся стать военным, как отец, мальчику, когда он вернулся домой после первого дня первого класса.

— Подстригите меня! — потребовал сын от родителей.

— Получился казус, — вспоминает первая учительница С.Н.Малика В.М.Иванова. — Из-за кудрявой головы я приняла его за девочку. «Вот еще одна наша ученица!» — говорю детям. «Я мальчик!» — отрезал новичок. Думала, Сережа затаит обиду, а он вскоре пригласил меня домой на день рождения. Мы стали настоящими друзьями с ним и его семьей.

Родился Сергей Малик в небольшом военном городке на Дальнем Востоке, но навеки родным стал для него Славянск-на-Кубани. Здесь он учился в четвертой школе с первого по десятый класс. Сюда, на могилу друга, каждый год приезжают со всей страны одноклассники, товарищи по институту, однополчане.

— Для меня он тоже был больше другом, чем учеником, — говорит классная руководительница выпускного 10 «А» образца 1986 года А.В.Лукаш. — Я пришла в их класс сразу после института, была ненамного старше ребят. Сережа сразу расположил к себе открытостью и основательностью одновременно, стал моей опорой. Учился он в основном на «пять», и обычно таких в классе не жалуют. Но Сергей был авторитетом для всех благодаря своему вечному стремлению к справедливости и сильному мужскому характеру. Однажды я, не разобравшись в сути, стала отчитывать одного задиру. Сергей подошел и спокойно, негромким голосом, не расставаясь со своей обезоруживающей улыбкой, заявил: «Анна Вячеславовна, вы не правы!». Что ж, остыла, признала свою неправоту. Он уже тогда был большим дипломатом. Целеустремленно готовясь стать военным, стремился все конфликты разрешить миром. А для меня, как классного руководителя, стал опорой и первым помощником. В том числе и в делах веселых. На новогоднем вечере мы всех разыграли: он был в образе мушкетера, а меня выдавал за свою сестру (я тоже была в карнавальном костюме и с закрытым лицом). Когда Сергей через два года вернулся в Славянск из Афганистана, он пришел ко мне в общежитие с букетом цветов, как к сестре, поздравить с рождением ребенка.

 

— Приезжая в наш город на каникулы или побывку, Сергей каждый раз приходил к нам, учителям, — вспоминает преподаватель химии Г.Ю.Руденко.— Просто так — проведать, сказать спасибо за полученные знания.

— Он сам настойчиво стремился побольше узнать, — дополняет учительница географии О.П.Фомичева. — Решив заранее, куда будет поступать, стал ходить на дополнительные занятия по английскому. По моему предмету налегал на курс экономической географии зарубежных стран. Ответы его были блестящими.

Сергею всё было интересно. Развивал себя физически: участвовал во всех школьных соревнованиях, окончил спортивную школу. Возился с кошками, хомячками и рыбками. Собирал записи классической музыки, любил читать, сам писал стихи:

С детских лет

я видел берёзу,

И она поселилась

во мне.

С той поры верю я,

словно в грёзу,

В ту березу на ровном

холме.

Сегодня над могильным холмиком и памятником воину-интернационалисту С.Н.Малику склоняется, скорбно опустив ветви, белая берёза… На памятнике на двух языках, русском и английском, надпись: «Война».

Он так хотел дышать и жить...

 

Отправляясь поступать в Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, Сергей не предполагал, что на войне окажется уже через год. На факультете военных переводчиков ему достался в качестве основного язык дари. На нем говорят в Афганистане. К тому времени мы уже основательно увязли в этой стране, и затяжная война требовала всё новых и новых сил. Первый курс у изучающих восточные языки получился ускоренным. И тут же практика — в Афганистан.

По пути в Кабул многое вспомнилось. Как завязывал бантики маленькой сестренке, носил ее на стульчике с пятого этажа во двор подышать воздухом, когда Аленушка вывихнула ножку. Как мастерили с ней сюрпризы маме и папе на праздники. Как уговаривала его мать перед вступительными экзаменами в институт: «Давай, сынок, купим тебе новые джинсы — сколько лет в одних ходишь!». «Не надо тратиться, мама, — ответил ей. — Институт военный, поступлю — форму выдадут. Не поступлю — в армию пойду, опять-таки казенное обмундирование». Поступил. Не зря днями напролет готовился, штудировал учебники, военную прессу. Не подвел учителей и родную школу, знаменосцем которой был в старших классах. Теперь не подвести бы отца — офицера, ведь у войны свои экзамены.

Николай Яковлевич, в ту пору работник военкомата, новости из Афганистана узнавал одним из первых в городе. Понимал: не хлопок там наши ребята собирают и не скот пасут. А сын писал домой: «Привет коту Пушку!». Звонил: «Мама, всё нормально». Звонил своей второй «маме» — первой учительнице Вере Максимовне: «Чем занимаюсь? Перечитываю классическую литературу». Но за чтение книг не дают боевых наград. Сергей Малик через год «практики» на войне привез домой орден Красной Звезды, две медали афганского правительства. Указом Президента Советского Союза  М.С.Горбачева от 28 декабря 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил Сергея Николаевича Малика «за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан» Грамотой «Воину-интернационалисту». Среди писем и фотографий из Афгана, которые мне показывают родители Сергея, обнаруживаю набор открыток с Вячеславом Тихоновым в роли Штирлица. «Да, — подтверждает Валентина Ивановна, — это его любимый фильм и любимый актер. Всё время в Афганистане открытки были с сыном». В отдельном пакете — толстая стопа билетов во все московские театры и музеи. Вернувшись в институт, Сергей с головой окунулся в культурную жизнь столицы. Усиленно изучал английский язык, овладел персидским.

На распределении ему предложили на выбор несколько стран Азии и Африки. Привлекла командировка от Министерства иностранных дел по линии ООН на обеспечение президентских выборов в Анголе. Поначалу всё было хорошо. Летали с инспекцией и грузами для избирательных участков из провинции в провинцию. Но в стране рвались к власти различные враждующие группировки, с новой силой вспыхнула гражданская война. И 26 сентября 1992 г. вертолет, на борту которого был переводчик старший лейтенант С.Н.Малик, рухнул на землю. На записи «черного ящика», найденного на месте падения, слышны глухой взрыв и голос Сергея: «Оставайтесь все на своих местах!».

Прошло почти десять лет… Рядом с мемориальной доской С.Н.Малика на стене четвертой школы появилась еще одна: памяти выпускника лейтенанта А.Н.Ливеровского, сложившего свою голову в Чечне — «горячей точке» теперь внутри страны. В школе, которая с 2018 года носит их имена, проводятся встречи учащихся с родителями погибших, классные часы, оформлены стенды с рассказами о боевых офицерах. Классы соревнуются за право носить имена героев. Пусть так будет всегда, но пусть не прибавляется на школьной стене подобных мемориальных досок.

Вера Максимовна Иванова, первая Серёжина учительница, и сегодня дружит с его родителями. Бывают гости из районного союза воинов-интернационалистов. Каждый год приезжают по пять-шесть  однокурсников, сослуживцев по Афганистану и Анголе, кланяются Валентине Ивановне, дарят подарки: «Вы же наша мамочка!».

В эти февральские дни алеют живые красные гвоздики у памятника С.Н.Малику в аллее героев на кладбище, у стелы с его портретом в городской аллее Славы. Останавливаются экскурсанты в зале городского музея перед экспозицией, где выставлены рисованные портреты всех погибших в локальных войнах земляков. Имя С.Н.Малика занесено в краевую «Книгу Памяти».

Сегодня в четвертую школу ходят уже дети одноклассников Сергея… Он погиб в 23 года, не успев порадовать родителей внуками. Но тянется ручонкой к портрету дяди племянница Настенька. Рядом с фотографией — карманный томик стихов Осипа Мандельштама. Книжку нашли на теле Сергея, извлеченного из-под обломков вертолета. Первое двустишие в нем:

За радость

тихую дышать и жить

Кого, скажите,

мне благодарить?

Своей короткой и яркой, как вспышка, жизнью, Сергей Малик и такие как он, мне кажется, ответили на этот вопрос поэта.

                                                                   ***

 

 

Оценки читателей:
Рейтинг 0 (Голосов: 0)
 

08:55
102
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!