Эфа

Эфа

I — А теперь пройдемте на смотровую площадку, — пригласил туристическую группу пожилой гид в очках, делающих его похожим на профессора. По крайней мере, сходство со своим преподавателем по истории в нем заметил любознательный турист — двадцатилетний студент. Его внимательные голубые глаза от ослепляющего солнца скрывала белая кепка, из-под которой очень удобно было наблюдать за мимикой и жестами гида, рассказывающего о достопримечательностях Куршской косы так, будто он читал научную лекцию. — Итак, товарищи-туристы вы видите перед собой прекрасную картину, — продолжил лектор, после того как слушающие окружили его на площадке. — Отсюда открывается вид не только на Балтийское море, с которым вы уже знакомы, но и на самую высокую точку побережья, в простонародье именуемую высотой Эфа. Это дюна — большая волна из песка. Под воздействием ветра она движется, только медленно. Ее высота... — Извините, профессор, — невольно вырвалось такое обращение у любознательного туриста, — но я не вижу движения. Пусть и медленного. Оно, ведь, должно быть заметно, если дюна движется? — Не задавался подобным вопросом, товарищ, — сощурился гид, то ли от солнца, то ли от желания получше разглядеть в толпе любопытного юношу. — Теоретически движение можно увидеть. Но сегодня и ветра-то нет, что является редким явлением для Балтики, и погода необычайно благоприятная. Слишком жаркая даже для лета в этих краях... — Уважаемый, вы отвлеклись, — заметил кто-то в группе, прерывая замечания жадными глотками воды из бутылки, — мы, ведь, на экскурсию отправились не о погоде говорить. — Да, да, — торопливо отозвался гид, вытирая с одутловатого покрасневшего лица капельки пота, — на чем я остановился? — Вам виднее. Увлеченный экскурсовод не может потерять нить повествования, даже если его отвлекли вопросом, — сказал любознательный. — Моему профессору по истории отлично удается удерживать интерес у слушателей, при этом отвечая на их вопросы. — Молодой человек, я — не ваш профессор, и не обращайтесь ко мне, пожалуйста, используя этот титул, — начал раздражаться гид, отчего его маленькие, мышиного цвета, глазки смешно сощурились. — Если ваш преподаватель — такой интересный и увлеченный своим делом человек, может быть, вам стоит попросить его рассказать о красоте Балтийского края, в том числе о дюнах и их движении. — Он рассказывал. Только то, что читал в книгах или слышал от тех, кто родом отсюда или бывал здесь. Поэтому я сам лично, в период каникул, решил отправиться сюда с пользой: узнать, что же таинственного и легендарного могут поведать эти места. — Молодой человек, какие тайны? Какие легенды? На своих экскурсиях я рассказываю интересные и правдивые факты. Вы, вероятно, перечитали фэнтези. Я вам — не сказочник... Неизвестно, сколько бы еще длился диалог двух «всезнаек», пока не вернулись остальные участники турпохода, разбредшиеся по углам смотровой площадки, чтобы сделать фото Эфы на память и сфоткаться на ее фоне. Теперь, когда все вновь были в сборе и окружили гида и любознательного, выступил тот, кто ранее пытался вернуть рассказчика в первоначальное русло беседы. — Вы остановились на высоте... Вернее, про высоту этой дюны начали рассказывать. — Да, спасибо! — обрадовался «профессор», самодовольно потирая руки и окидывая взглядом присутствующих. Кроме студента. В его сторону он предпочел не смотреть, чтобы снова не растеряться. Сейчас, когда вновь напустил на себя серьезный и важный вид, экскурсовод продолжил: — Ее высота [то есть дюны Эфа] составляет, по некоторым источникам, 62 метра, по другим — 64, кто-то говорит о том, что наивысшая точка — 67, 2 метра. — Извините, — снова вмешался любознательный, снимая кепку и взбивая мокрые светло-русые волосы, — думаю, здесь мало кому интересны математические подробности. — Вся туристическая группа, хоть и недовольно уставившаяся на туриста, не могла с ним не согласиться и дружно кивнула. — Можно просто было остановиться на том, что это «самая высокая точка побережья», что вы уже и сказали, и продолжить рассказывать более интересные детали. Например, почему дюна так нарекается? Кто такой Эф? Или такая Эфа? Каково ее официальное название? Было бы интересно послушать также про знаменитые «поющие» пески... — Молодой человек! — гид почувствовал, что начинает закипать. Его лицо приняло уже багровый оттенок, скорее от раздражения, чем от жары. — Поменяемся местами?? Вы продолжите вести экскурсию, а я с удовольствием послушаю вместе с остальными! — Думаю, не стоит, — спокойно ответил студент, поняв, что погорячился. — Боюсь испортить ваш рассказ чудесной легендой. Мне кажется, если прислушаться к «поющим пескам», они сами все расскажут. Давайте попробуем сделать это после вашей экскурсии — прислушаться. — Давайте, — хмыкнул профессор, про себя покрутив у виска, — при условии, что вы больше не будете меня перебивать. — Хорошо. Но вопросы-то задавать можно? — Вы думаете, что один здесь? Что ни у кого больше нет ко мне вопросов? — Да он просто слова вставить не дает! — возмутился тот самый профессорский заступник. — Умник! Начитанный слишком... — засмеялась девушка рядом с заступником. Студент лишь молча пожал плечами. Ему, действительно, было стыдно от того, что поставил гида в неловкое положение. Однако хотелось услышать более интересную историю — какую-нибудь легенду, которыми был наводнен балтийский край. Но, видимо, придется слушать очередную сухую лекцию, отрывки из которой были представлены на многочисленных указателях туристической зоны. «Эфа — самая высокая точка дюны Ореховой, вблизи поселка Морское. Ореховая дюна или, по-другому, Петш — одна из самых высоких в Европе. В простонародье, высота Эфа. Названа в честь дюнного инспектора Франца Эфа, чья деятельность была посвящена изучению и закреплению подвижных песков». Всю эту информацию и преподнес гид, перед этим вдруг ободряюще улыбнувшись притихшему студенту: «все вопросы после...» Но любознательного они уже не донимали, пусть задают другие, если осталось место и время. Голос экскурсовода звучал все тише: студент не заметил, как группа начала отдаляться. Последнее, что он услышал: «впереди, как вы видите, море, позади нас остался танцующий лес, а вон там, левее, видны домики поселка Морское. Таким образом, маршрут проходит по юго-западному склону дюны Ореховой (Петш), одна из вершин которой является самой высокой точкой косы, названной высотой Эфа...» Любознательный подумал: зачем повторяться. Звучит, как заученное стихотворение, но другие слушают — пусть. «... проходит по границе двух типов дюн — открытых... в сторону Куршского залива и зеленых... посадки леса...» *** Подул легкий ветерок — наконец-то, наступило облегчение: жара уже так не изматывала. Студент спустил с плеч рюкзак, чтобы достать попить. Когда бутылка с водой оказалась в руках, он услышал внизу, в песках, движение. Посмотрел — и ничего не увидел. «Наверное, голову напекло». Облокотившись на ограждение смотровой площадки, любознательный быстро открутил крышку и жадно приник к горлышку. И тут снова услышал движение, вернее — «пение». Вспомнилась таинственная фраза из википедии: «находясь на ее вершине, можно услышать знаменитые “поющие пески”» — та самая, которую несколько минут назад он пересказал гиду-профессору. Но о чем же они поют? О чем хочет рассказать Эфа? Студент прислушался... II Стояла глубокая ночь. Сирена вышла из воды и осмотрелась: бескрайние морские просторы тянулись далеко-далеко, в свете луны вода казалась серебристой, а мерцающие звезды в темном небе гармонировали с блеском бездонных синих глаз нимфы. Повелительница моря торжествовала, вспоминая вчерашнее поражение своей младшей сестры Ланы, лесной нимфы. В очередной раз, в борьбе за власть над территорией и людскими сердцами, сестры мерялись силой, данной им Создателем. Бесшабашная Лана не слишком напрягалась в развитии своих сверхъестественных способностей, предпочитая праздно проводить время в своих владениях — устраивать лесные вечеринки, наряжаясь в костюмы из папоротника и мха и распевая звериные да птичьи песенки. Ее легкое, беззаботное отношение к жизни помешало противостоять силе хладнокровной старшей сестры. Но она обещала стать серьезней и отомстить... — Сирена, — раздался за спиной нежный, мелодичный голос. Нимфа обернулась и увидела на песке изящные следы, а затем и саму их владелицу — свою наименьшую сестру. Ее светлые волосы развевал легкий ночной ветерок, а в золотисто-янтарных глазах отражалась нескрываемая печаль. В руке нимфа держала флейту — подарок от Создателя. Когда-то, щедро одаривая сестер, он спросил, чего каждая из них желает. Сирена и Лана попросили волшебную силу и незримую власть над людьми. И получили — способности и владения. Сирена — море и силу управлять водной стихией, Лана — лес и аналогичную силу в своей области. И в пределах этих территорий каждая незримо владела людьми, как хотела: их чувствами, эмоциями. А самая младшая попросила инструмент, чтобы играть на нем, услаждая уставшие людские сердца. Создателю эта просьба понравилась больше других, и он подарил нимфе необычную флейту, способную не только ласкать слух. Ее звук, такой же приятный и нежный, как голос нимфы, прекращал любые споры. В придачу девушка получила во владение пески, свободно пересекаемые старшими сестрами. Такое положение позволяло ей тренировать наблюдательность и быть в курсе всего, что у них происходило. И происходящее в последнее время ей очень не нравилось. — Чего тебе, Эфа? Флейта сломалась, наконец? — ухмыльнулась Сирена. — Когда ты уже перестанешь вмешиваться в наши споры, горе-миротворец! — Хочу поговорить, — проигнорировав колкости сестры, вздохнула Эфа. — Так нельзя, вы же сестры. — Были когда-то! — отрезала Сирена. — Пока кто-то не начал оспаривать могущество старшей сестры, пытаясь выжать из себя нечто более великое! Эфа снова вздохнула: что тут скажешь. Она и не заметила, как сестра стала такой циничной и холодной. Может, так было всегда? Только проявилось явно, когда власть вскружила ей голову. — Чего замолчала? Сказать нечего? Вот и не мешай — отойди в сторонку, раз уж никого из нас не поддерживаешь. — Мы не должны враждовать... — Очнись! Лана свои леса уже скоро начнет высаживать у меня в море! Да и тебя теснит, разве ты не видишь? Твои пески в небытие уйдут. Или я их смою, или она мхом покроет. Так что, придется выбирать, сестренка, чью-либо сторону. — Не хочу выбирать и не буду! — горячо воскликнула Эфа. — Это ты не видишь! Мы же помогаем друг другу. Если бы не корни деревьев Ланы, мои пески пропали бы: они ведь движутся, хоть и медленно, если ты забыла, а сестра своей силой их удерживает. Мои владения служат местом отдыха для людей, приходящих искупаться в твоих водах. И пение, которое они слышат в песках, — звуки моей флейты, и плеск твоих волн, и хвойный лесной воздух Ланы — все это прекрасно! — Ах, как красиво ты говоришь! — раздался позади нимф голос их рыжеволосой сестры. — Но теперь это неактуально. — А вот и наша Лана! Всех птичек и зверюшек уложила? — усмехнулась Сирена. — Напиталась энергией леса, мстить пришла? — Хочешь проверить, в чем я преуспела за сутки? — серые глаза нимфы внимательно и сердито смотрели на старшую сестру. — Ах да! У тебя было слишком мало времени, чтобы восстановиться после неудачи. Даю неделю. Потом ты покажешь все, на что способна. И если выиграешь, так и быть — займешь большую часть территории и получишь власть над каждым приходящим ко мне человеком. Если выиграю я, попрощайся с лесом и людьми. А ты, — Сирена напоследок обратилась к младшей сестре, — исчезнешь в любом случае, если не определишься. Договаривая последнюю фразу в ту ночь, нимфа вызвала мощный вихрь, поднявший воды моря стеной и обрушивший их на Эфу и Лану. Сестры вскрикнули, а морская нимфа, встряхнув каштановые волосы и подставив лицо брызгам, удалилась. — Сумасшедшая! — крикнула вслед лесная нимфа. — Лана, может хоть ты... — Нет, Эфа! Теперь это не просто глупое ребячество, она бросила серьезный вызов! Это война! Я не уступлю Сирене ни свои владения, ни одного человечка, гуляющего в моем лесу... — Но... Напрасно Эфа пыталась остановить и другую старшую сестру: Лана, не дослушав, умчалась к себе. Они обе будто помешались. Что же делать? Как их остановить? Эфа упала на песок, поднесла к губам флейту, и полилась над той местностью протяжная, печальная песня. *** Очередное летнее утро выдалось не просто жарким, а знойным. Эфа брела по песку, слегка склонив голову и наблюдая за людьми, пришедшими отдохнуть на море. Ее, разумеется, никто не видел: нимфы обладали способностью становиться невидимыми для других. Только ночью им позволялось придавать облику видимость. Но друг друга они могли лицезреть и в образе невидимок. И сейчас Эфа отчетливо видела, как Сирена использует разного рода ухищрения, чтобы как можно дольше не отпускать людей из своих владений. По легким волнам пробегали белые барашки, почти у самого берега любопытные могли разглядеть разноцветных медуз, а на сам берег нимфа незаметно выбрасывала красивые камушки, которые тут же, заманивая очередного пловца, волной тянула обратно. Купающихся было видно издалека: многие километры моря были заняты людьми. Эфа взглянула вверх: Лана плела папоротниковые сети, развевала кроны высоких хвойных деревьев, вызывая легкий, приятный ветерок. Над лесом летали ее помощники — пестрые птицы, распевающие звонкие песни. Среди стволов можно было заметить фигуры любителей лесных прогулок, а также пугливых косуль и всяких мелких животных, прячущихся от этих человеческих фигур. Все вокруг дышало спокойствием и безмятежностью. Эфа и поверить не могла, что сестры всерьез настроены на войну. Но она знала, что пройдет неделя — всего неделя — и случится нечто страшное. Девушка не собиралась занимать ничью сторону, но и нейтралитет сохранять было все сложнее: не хотелось быть уничтоженной. Хотя, если подумать, она итак словно не существовала. «Кто я?» — думала нимфа. «Всего лишь перекидной мостик между сестрами, даже не граница, и уж тем более не преграда, которая бы положила конец их раздорам». Эфа печально смотрела на узкую песочную полоску, соединяющую с одной стороны лес, и море — с другой. «Быть может, Сирена права. Море поглотит мой дом, или лесом зарастут пески. Но где же будут отдыхать люди? Ведь, они не только прогуливаются по лесу или купаются в море. Им нужен песок. Они загорают, сидят на нем или просто зарываются по самую голову, слушая мою флейту». Грустное выражение лица нимфы тут же сменилось легкой и радостной улыбкой. «Я не могу допустить, чтобы пострадали не только сестры, но и люди». Эфа не заметила, как оказалась очень далеко, словно на краю света. Сирена и Лана остались позади, отдыхающие тоже. Ее окружило ослепительное сияние, за которым не видно было ни травинки, ни песчинки, ни морской глади, ни единого живого существа. — Что это? — удивилась нимфа вслух. — Не бойся, дочь моя, — раздался громкий голос. — Создатель! — вскрикнула девушка с радостью, чуть не плача. — Как же давно ты нас не навещал! — В этом не было необходимости, пока вы жили мирно друг с другом. — Ох, это так ужасно! Что творят мои сестры... — Знаю, дочь моя, и печаль твою об этом знаю. Поэтому пришел на помощь... *** Прошла неделя. Близилась ночь. Эфа, отряхнувшись, замерла в напряженном ожидании. Только что она зарыла глубоко в песок подарок Создателя — свою уникальную флейту, чтобы, когда ее не станет, «поющие пески» могли поведать скромную историю нимфы и продолжить услаждать сердца отдыхающих. Девушка понимала, что так от любимого инструмента будет больше пользы, ведь звуки музыки уже не были способны остановить вражду старших сестер. Сгустившиеся сине-сизые сумерки быстро превратились в темную ночь, такую черную, что казалось она должна была стать фоном такого же «черного» спора Сирены и Ланы. Пока Эфа ожидала их появления, в ее голове пронеслись слова Создателя о том, что теперь нимф можно остановить только радикальным способом: раствориться в песках, став нерушимой и вечной преградой между ними. «Преградой. Не этого ли я хотела, чтобы иметь хоть каплю надежды на то, что смогу положить конец этой бессмысленной вражде?» Сирена явилась первой в шикарном платье из морской пены, с жемчужной короной, удерживающей густую копну темных волос. Синие глаза нимфы ослепительно сияли. Ее сопровождали буря и раскаты грома, взволновавшие тихую, еще несколько минут назад, гладь моря. Было очевидно: морская владычица предвкушала победу. Лана не заставила себя ждать: окруженная лесными птицами, в древесно-зеленом наряде, сверкая огненно-рыжими волосами, она весело сбежала по тропинке вниз, к морю, через пару секунд после появления старшей сестры. Казалось, будто она собралась на праздник. Все-таки беспечность характера брала верх. Эфу они обе сначала не заметили. Младшая сестра, конечно, смотрелась на их фоне далеко не эффектно. Простенькое, песочного цвета, платье и нелепый венок из окрестных цветов на голове. — Ну что, готова? — надменно спросила Сирена и тут же выпустила стаю медуз прямо перед собой. Но лесная нимфа отразила этот удар, отправив вперед множество птиц. Птичий гомон и острые клювы напугали чувствительных желеобразных существ, и они скрылись в море. — А ты хорошо подготовилась! Лана уже приготовилась к ответу, прокручивая в голове звериную песнь, как вдруг, обернувшись, замерла. Мгновенно взглянув на сестру, поняла, что та видит тоже самое: в нескольких шагах от них стояла Эфа, странными движениями рук заставлявшая подниматься в воздух песок. — Ты пришла меня поддержать! — обрадовалась рыжеволосая нимфа. — Эфа не настолько глупа, она на моей стороне. И, обращаясь уже к нимфе песков, Сирена продолжила: — Молодец, что пришла. Видно, долго думала над нашим последним разговором. Рада, что ты одумалась. — Да, я действительно много думала, — отозвалась, наконец, Эфа. — Но совсем не о том, о чем думали вы. Я не поддерживаю решение ни одной из вас. — Ух ты! Так зачем ты здесь? — удивленно спросила Лана. — И где твоя флейта? — Да, где? — повторила морская нимфа. — Ведь, только с ее помощью ты чудом нас останавливала. Я даже думала сломать ее в другой раз, но теперь не придется ни ломать, ни останавливаться. Как же все-таки ты глупа, Эфа! А я верила в тебя, видимо, напрасно. Больше не проронив ни слова, Сирена перешла к стремительной атаке, вызвав из морских недр трехметровое чудовище из водорослей. Подобное морскому лесное чудище из хвои, листьев и шишек создала и Лана. Оба чудища сцепились друг с другом. Песок, поднятый Эфой в воздух, вихрем закружил обоих, но пара ударов — и он рассыпался на мелкие песчинки. — Я предупреждала, — взвинтилась Сирена, — не мешай! И в ту же секунду отбросила сестру наверх, к лесу, мощным ударом волны. Эфа попыталась воздействовать своей силой, о которой раньше не подозревала, потому что Создатель пробудил ее только сейчас, на лесную нимфу. Но Лана, одной рукой направляя свое чудище, другой подняла корни деревьев, и те крепко оплели сестру. Эфа растерялась, начав терять веру в свои силы, и мысленно обратилась к Создателю. И он заверил ее в том, что у нее все получится, она справится. Ведь, если не она, то больше никто не остановит нимф. Собравшись, девушка глубоко вдохнула и выдохнула: пески пришли в неистовое движение, и корни ослабили хватку. Выпутаться не составило труда. Когда Эфа спустилась вниз, противостояние старших сестер достигло своего пика. Теперь уже им некогда было отвлекаться на младшую сестру. Волосы обеих растрепались, извиваясь на ветру, как змеи. Глаза метали яростные молнии не хуже тех, что озаряли на секунду черное небо. Обе были похожи больше на злобных ведьм, чем на нимф. На берегу рваными кусками валялись останки чудищ. Эфа воспользовалась моментом передышки Сирены и Ланы — видно было, что обе вымотались, используя волшебные силы на зло, — и ринулась вперед. Встав между ними, нимфа песков быстро начала стягивать песчинки от одного и другого края берега и собирать их в холм. В голове звучало: «нерушимая и вечная преграда». Сестры, опомнившись, молниеносно начали разрушать образовывавшийся холм. Тогда Эфа собрала остатки своей волшебной силы и, медленно выдыхая, начала таять. Сирену и Лану ошеломило случившееся: они только сейчас увидели, что у младшей сестры проявились сверхспособности. Нимфы застыли, поняв, что их собственные силы начали угасать. А Эфа продолжала таять, растворяясь в песочном холме... *** Проснувшееся солнце осветило высокую песочную гору. Белые песчинки с золотистыми вкраплениями игриво переливались, словно улыбались всему миру. По одну сторону горы простиралось спокойное синее море, по другую раскинулся хвойный, ярко-зеленый лес. Не было больше раздоров, закончилась вражда. Эфа сияла — у нее получилось. А с обеих сторон горы смотрели друг на друга с тоской и грустью серые и синие глаза. «Из-за глупых амбиций мы потеряли младшую сестру», — говорили синие глаза. Серые глаза соглашались. «Вы не потеряли меня, просто я теперь другая», — улыбалась Эфа. «И вы тоже. Вы вновь обрели друг друга, сестры». III Любознательный студент стоял, как вкопанный. Ему словно другой мир открылся. Он, конечно, отстал от группы, слушая «поющие пески». Но нисколько не пожалел о том, что услышал. — Так вот ты какая, дюна Эфа! — Понравилась история? — раздался за спиной голос гида. Студент обернулся: — А где?.. — Группа? Я уже проводил товарищей на автобус и вернулся за вами. Так что вам напели пески? — Смеетесь снова? — Почему же? Легенда, ведь, очень красивая и грустная немного. — Мне казалось, вы не верите... — Еще как верю, — рассмеялся гид-профессор, — просто не мог позволить вам уронить мой авторитет историка. Думаю, вы понимаете, что по этой же причине я не оставил группу прислушиваться к «поющим пескам», как мы с вами договаривались. — Да, понимаю. Но, возможно, они бы и не услышали. Ведь, легенды открываются только тем, кто в них верит.

Оценки читателей:
Рейтинг 10 (Голосов: 1)

Статистика оценок

10
1

Вниманию авторов

В связи с тем, что на территории Российской Федерации НЕТ военного положения, и Российская Федерация НЕ находится в состоянии войны ни с одной страной мира, любые произведения в которых используется слово "война" применительно к сегодняшнему времени и относительно современной армии Российской Федерации, будут удаляться, так как они нарушают Федеральный закон № 32-ФЗ 2022 года.
Напоминаем также авторам что статью 
354. УК Российской Федерации (Публичные призывы к развязыванию агрессивной войны).
И статью 
 174. УК Российской Федерации (Разжигание социальной, национальной, родовой, расовой, сословной или религиозной розни).
Никто не отменял, и произведения нарушающие эти статьи УК РФ также будут удаляться.

 

17:22
62
RSS
06:51 (отредактировано)

Какой интересный и закрученный переходами из реальности в сказку, и, наоборот, сюжет. Захотелось попасть в этот удивительный уголок поющих песков. Красиво и живописно описаны вами необыкновенные по красоте места. Герои наделены своим характером, вызывают симпатию. Браво! Успехов!