Геракл. Коровы Гериона. Путь на остров

Геракл. Коровы Гериона. Путь на остров

Начало поэмы  http://msrp.ru.com/15644-gerakl-nachalo-velikogo-puti.html

Предыдущая глава  http://msrp.ru.com/15932-gerakl-korovy-geriona-delo-dlja-pastuha.html

 

                          363
Воин успел на корабль, уходивший в Египет –

В южное царство и тайн, и больших пирамид,

Где люди знали квадрат и параллелепипед,

С лёгкостью резали там Асуанский гранит.

Северным ветром наполнился парус широкий,

Словно на помощь Алкиду примчался Борей,

В думах сидел на скамейке герой синеокий,

Вспомнив балладу о внуке тирана морей.

 

                          364

«Можно, конечно, купить всех коров за рубины

Иль за хороший обоз, полный разных монет,

Только, увы, кроме силы моей и дубины,

И перед Зевсом долгов – ничего больше нет…

Не понимаю, зачем Эврисфею всё стадо,

Разве в Микенах сейчас дефицит молока?

Думаю я, что другое властителю надо –

Чтобы не мучила Гера его свысока.

 

                          365

Предполагаю, она присылает заданья,

Трудность которых была б не по силам моим,

И пребывает царица богов в ожиданье,

Чтоб получая урок, я не справился с ним.

Ох, до чего же коварна бесстыдная Гера,

Если в последних заданиях честности нет!

Только не знает она, у Геракла есть вера

В то, что он выполнит данный себе же обет!»

 

                          366

…Жаркое утро приблизило берег желанный,

И Богоравный неспешно сошёл с корабля:

Встретили гостя торговцы и шум неустанный,

Доброй казалась Гераклу чужая земля.

Но у него цель была не торговля, а стадо

Красных рогатых животных в далёкой стране,

Дальше стоянки Атланта и дивного сада,

Где отдыхает Светило в ночной тишине.

 

                          367

Выбрал на запад Алкид для себя направленье,

Мимо селений берберов и редких дорог,

От городов он держался в большом отдаленье,

Шёл одиноко по жаркой стране полубог.

Путь по Ливийским холмам оказался тяжёлым,
Ноги Геракла от тяжести вязли в песках,
Гелиос днём обессиливал жаром весёлым,
Жажда и голод настырно стучали в висках.

 

                           368

Опыт погони за ланью сестры Артемиды
Дал пониманье, как выжить в пути без потерь,
Воля к победе ценилась превыше обиды,
Только о стаде коров воин думал теперь.
Шкура Немейского зверя спасала от солнца,
Ночью бежал по пескам он, как быстрый олень,
Одолевая два длинных пути марафонца,
И не пугала героя Танатоса тень.

 

                          369

Утром выкапывал воин колодец глубокий,
Там, где парил над песками легчайший туман,
В нём напивался водой, как верблюд крутобокий,
Там же он спал, как под кряжистым дубом кабан.
Пищей служило воителю мясо газелей,
Коих легко он руками ловил в темноте,
Но не убил ни одной совершенно без цели –
Он разбирался прекрасно в живой красоте.

 

                          370

Двигался он по пескам и разрушенным скалам,
Не прекращая вести разговоры с собой,
Не покривил он ни разу душой даже в малом,
И не считал, что живёт несчастливой судьбой:
«Славно и с пользой я в детстве прошёл обученье
И не испытывал в жизни ни трусость, ни страх,
Этот поход к океану – моё развлеченье,
Раньше пришлось путешествовать только в горах.

 

                          371

А Эврисфей не решится уйти за ворота,
Так как боится увидеть за стенами свет,
Страх вызывают у труса война и охота,
Скрип колесниц и полёты хвостатых комет!
Он во дворце обитает, как узник в темнице,

И без охраны не выйдет один на крыльцо,

Видом своим он подобен ощипанной птице,

Люди в столице не знают тирана в лицо!

 

                          372

Надо признаться, что ныне Микены богаты,

Не угрожает никто Эврисфею войной,

Лишь потому, как считают вокруг автократы,

Что Арголида и царь защищаются мной…»

Камни, песок и обрывистый берег, что справа,

Стали Алкиду являться уже по ночам,

Он задавался вопросом, когда ж переправа

В виде плавучего средства предстанет очам?

 

                          373

Так размышляя, дошёл он до края земного,

Где и увидел, как грозно бурлит океан:

Не было дальше пути никакого иного –

Тут не помогут ни меч, ни Нерею пеан.

«Но помогло б мне богов олимпийских вниманье,

Только Олимп от меня, как Луна, далеко!

Гелиос вечером к морю придёт на свиданье,

Может быть, с ним переправлюсь на остров легко?»

 

                          374

И запросили работы могучие руки,
Вздумал для Солнца оставить в подарок столпы,
Будут гордиться впоследствии дети и внуки,
Что на горах у пролива воткнул он «шипы»!
Воин извлёк из воды исполинские скалы,
Поочерёдно поднял на вершины двух гор,
Установил он их с грохотом, будто обвалы
В горных ущельях устроили рекам затор.

 

                          375

Дрогнуло небо, и Гелий в своей колеснице,
Ниже спустился и крикнул ему свысока:
«Что ты творишь, полубог с шаловливой десницей?
Ты заслужил, чтоб тебе опалил я бока!»
Только не понял Алкид этой шутки титана,

Сильно устав от такого большого труда,

В жилах его кровь вскипела, как лава вулкана,

Не охладила б её ледяная вода:

 

                          376

«Гелиос, ты не желаешь такого подарка?
Так и скажи, поражу смертоносной стрелой!
Будет тебе в золотой колеснице так жарко,
Что потечёшь с небосвода горячей смолой!»
Не ожидал этой дерзости солнечный Гелий,

Но улыбнулся и громко спросил храбреца:

«Как оказался ты в этом пустынном уделе,

Где не живут ни охотник, ни зверь, ни овца?»

 

                          377

«Прибыл сюда я по слову царя Эврисфея,

Должен тирану служить по веленью богов —

Нужно пригнать в Арголиду, себя не жалея,

Стадо единственных в мире прекрасных коров!

Только никак не пробраться мне к ним без галеры!»
«Я предоставлю, воитель, «галеру» свою,
Та принимает какие угодно размеры,
Как необузданный страх у трусливых в бою!»

 

                          378

Вмиг появилась огромная яркая лодка

И закачалась на пенной высокой волне.

Сразу Алкид удивился: «Вот это находка!

Не попадались такие судёнышки мне!»

Прыгнул фиванец в ладью Светоносного бога,

И над водой поднялась незаметно она,

В ней оказалась до острова краткой дорога –

Двигаться в море ладье помогала волна.

 

                          379

Глядя на чистую воду небесного цвета,

Часто бросал он на остров внимательный взор:

«Брать я не буду коров в нарушенье запрета –

Я – и охотник, и воин, но только не вор!

Договориться надеюсь о них с Герионом,

Даже готов ради стада податься в «рабы»,

Горы сверну для него под седым небосклоном,

Нужен удачный итог многодневной ходьбы!»

 

                          380

Брошена лодка на берег высокой волною,

И удивился Алкид островной красоте –

Мелкий и влажный песок здесь сиял белизною,

Ветер заставил забыть о дневной духоте.

… Гера смотрела с высот, потирая ладони,

И говорила: «Пусть станет он пищей для пса!

Ныне бастарду уже не уйти от погони –

Сильно уставший не сможет творить чудеса!»

 

                          381

Так и случилось вослед за плохими словами –

Там, на песке, на Геракла накинулся пёс,

Громко рычащий, огромный, с двумя головами,
Но Богоравный не дрогнув, стоял, как утёс.
Взмахом дубины отправил чудовище к брату,
К Керберу-псу, стерегущему страшный Аид,
А исполинский пастух, обнаружив утрату,
Тоже напал, но героем был так же убит.

 

                          382

Прямо к хозяину стопы направил воитель,

С кем намечал по пути побеседовать он,

Вскоре предстала Гераклу большая обитель,

Где в одиночестве жил сорок лет Герион.

Вышел наружу встревоженный сын Хрисаора,

Живший на острове дивном не зная забот,

Не миновал здесь Алкид шестиглазого взора,

Прав оказался в Тиринфе бродячий рапсод:

 

                          383

Три крупных тела срослись воедино боками,

Три головы на которых смотрели вперёд.

Злой Герион замахал на Геракла руками

И колыхнулся на теле обширный живот.

«Кто ты, ничтожный? – Взгремели слова великана. —

Как ты посмел, обнаглев, заявиться сюда?

Это заветный мой остров в воде Океана!

Знай, что тебя ожидает большая беда!»

 

                          384

Молвил бесстрашный Алкид Гериону спокойно:

«Три головы, а вещают пришедшему бред!

Разве себя я с тобою веду недостойно,

Ежели начал ты речь с обещания бед?

Что за порядки завёл ты на острове этом?

Принято здесь без причин нападать на людей,

Или земля в океане для всех под запретом,

Коль угрожали мне пёс и огромный злодей?»

 

                          385

«Интересует моё достояние многих,

Ведь в Ойкумене подобных коров больше нет!

Я перебью вороватых уродов двуногих.

Предупрежденье моё о несчастьях – не бред!

Не на меня же смотреть заявился ты нагло?

Молви скорее, пришелец, о цели своей!»

В три головы посмотрел Герион на Геракла

И зарычал в небеса, как две сотни зверей.

 

                          386

«Зря, Герион, ты рычишь на меня громопадом –

Я был с рождения страха лишён навсегда!

И говорю откровенно: пришёл я за стадом

И без него от тебя не уйду никуда!

Но я готов за него заплатить полной мерой –

Гору снести иль построить красивый дворец!»

…Гнев овладел на такое взирающей Ге́рой:

«Из-за Алкида приходит интриге конец!

 

                          387

Что же он медлит, трёхтелый потомок Горгоны?

Мало снесённой Персеем её головы?

Опустошит незаконно Геракл все загоны,

Ведь замышленья бастарда как раз таковы!»

…«Мёртвые люди не строят дворцы великанам! –

На предложенье Алкида изрёк Герион. –

Стал для тебя этот остров последним капканом,

В царстве Аида построишь себе павильон!»

 

                          388

«Гостеприимен владелец красот несказанных –

Сына Зевеса пугает он царством теней!

Но всё равно получу я животных желанных,

Так как тебя, Герион, я умней и сильней!»

Бросился вмиг на противника монстр шестирукий,

Шесть крепких ног загремели, как камни в горах,

А триединое тело исторгнуло звуки,

Что наводили на смертных панический страх.

 

                          389

Бросил в Геракла три пики потомок Горгоны,

Ловко отбил их дубиной фиванский герой,

Путь открывался к чудесным коровам в загоны,

Хоть и хозяин был трижды высокой горой!

Смело послал Богоравный стрелу в Гериона,

Правого глаза лишилась одна голова –

В меткости славный Геракл превзошёл Аполлона,

И по Элладе об этом ходила молва.

 

                          390

Вновь он пустил во врага стрел отравленных пару,

Стали слабеть шесть огромных шагающих ног.

Силу и злость приложил смелый воин к удару

Крепкой дубиной с размаху в подставленный бок!
«Это ж какие чудовища, сёстры Горгоны,

Если потомок Медузы большой, как скала?

И, не тревожась о страже, пойду я в загоны,

Ведь завершилась победой со смертью игра!»

 

                          391

Вновь тишина возвратилась на остров чудесный,

Только тела великанов испортили вид,

Молвил Геракл: «Не свершал я поступок бесчестный, И каждый монстр в поединках был мною убит.

Кто мне подскажет, где ныне наследники стада?

С кем мне теперь о коровах вести разговор?

Я понимаю, что стадо Пегасу не надо,

И молоком не питается сам Хрисаор!»

 

                          392

Быстро грузились коровы во чрево галеры,
Гелиос снова помог в перевозке, как брат,
Вывел он судно к брегам, где селились иберы,
Был Богоравный исходу удачному рад!

Выгнал на луг всех и вспомнил стада в Кифероне,
Где отбывал он негласную ссылку отца,
Опыт он там приобрёл, как держать скот в полоне,
В этом вопросе он был поумней мудреца…

 

Глоссарий:

 

   Аи́д — старший сын Крона и Реи, властитель подземного царства душ умерших. Один из двенадцати великих богов Олимпа. Люди, из страха старались вслух это имя не произносить. Аид мог становиться невидимым. Имя «Аид» означает: «невидный», «незримый».

   Алки́д — наречённое имя Геракла.

   Арголи́да – древнейший очаг цивилизации Греции и Европы — область с городом Аргос. Здесь находились центры культуры бронзового века города Микены и Тиринф.

   Артеми́да — дочь Зевса и Латоны, сестра-близнец бога Аполлона — девственная, вечно юная богиня -покровительница зверей, богиня охоты. Но она не только охотница, она заботится обо всем зверье, которое живет в лесу, в горах и на равнинах. Может быть строгой и безжалостной в гневе.

   Атла́нт — могучий титан, сын титана Япета, брат Прометея, Эпиметея и Менетия. За участие в титаномахии против олимпийских богов был приговорён жить на краю света и держать на голове и руках небесный свод.

Богоравный — так стали называть великого героя Геракла ещё при жизни за его великие подвиги.

   Боре́й — бог северного ветра и сам ветер.

   Внук Горгоны — Герион, сын сына Медузы Горгоны Хрисаора.

   Ге́лий (Гелиос) — бог Солнца, сын титанов Гипериона и Тейи, брат Луны-Селены и Зари-Эос.

   Гека́та — великая богиня ночных видений и чародейств, покровительница магии и волшебства, живущая в царстве Аида. Она обладает непознанной силой. Иногда она бродит по Земле ночью со своей свитой. Ее видят только собаки, и, если собаки воют ночью, это значит, что Геката рядом. Трехтелая и трёхликая, прекрасная видом богиня, появляется на поверхности земли лишь при лунном свете с пылающими факелами и змеями в руках, в сопровождении черных, как ночь, стигийских собак и чудовищ подземного мира.

   Ге́ра — ревнивая и злобная царица богов, законная жена Зевса, преследующая Геракла всю жизнь. Считалась богиней-хранительницей семьи и брака.

   Гера́кл (Алкид) — сын царя богов Зевса и царевны Алкмены, великий герой Эллады.

   Герио́н — сын великана Хрисаора, чудовищный трехтелый великан с острова Эрифия.

   Горго́ны — змееволосые крылатые дочери морского божества Форкия и богини пучин Кето: Эвриала, Сфено и Медуза, ставшие ужасными чудовищами. Взгляд Медузы обращал людей в камни, а две другие сестры были кровожадны.

   Еги́пет — одно из первых государств, которое возникло на Африканском континенте в долине реки Нила примерно в начале IV тысячелетия до нашей эры. Название страны — Египет, произошло от названия древней столицы Хикупта. Греки перефразировали это слово и назвали весь Египет «Айгюптос». Египтяне называли свою страну Кемет, или Та-кемет, что в переводе на русский язык означает «черный» или «черная земля».

   Ке́рбер — брат двухголового пса Орфа, могучий и грозный страж дворца Аида, наследник ужасного сына Геи Тифона и его супруги — прекрасной змеедевы Эхидны. Имеет облик огромного трехглавого пса с головой дракона на хвосте и горящими багровым пламенем глазами.

   Мике́ны (Златые Микены) — богатый город в Арголиде, Греция. Расположен в северо-восточной части полуострова Пелопоннес, севернее Тиринфа. Столица ахейцев. Согласно летописи, город основал сын Зевса Персей. Во времена Геракла там царил трусливый Эврисфей.

   Неме́йский зверь, это Немейский лев — сын страшногоТифона и змеедевы Ехидны, лев чудовищной величины с невероятно твёрдой шкурой, отчего её не брало ни одно оружие. Убит Алкидом-Гераклом.

   Нере́й — морское божество, живущее в глубине Эгейского моря.

   Ойкуме́на,  буквально — обитаемая земля, вселенная, мир.

   Оли́мп – высокая гора в Элладе, место жительства высших эллинских богов, под властью великого Зевса. Именно из-за этой горы богов часто называют «олимпийскими».

   Пеа́н — изначально это был гимн в честь бога или по случаю войны. Песнь-восхваление.

   Посейдо́н — великий олимпийской бог — Повелитель морей, сын Крона и Реи, брат Аида,  Геры, Деметры, Гестии и Зевса.

   Потомок Горго́ны — Герион, сын сына Медузы Горгоны Хрисаора.

   Тана́тос (Танат) — бог смерти, уносящий души в Аид, брат-близнец бога сна Гипноса.

   Тири́нф — древний город в Арголиде, на полуострове Пелопоннес.

   Эврисфе́й — сын Сфенела, внук Персея, царь Микен, двоюродный дядя, в подчинении у которого Геракл находился во время совершения 12 подвигов.

   Эвритио́н — страж стада Гериона. Он был столь же велик, как и его хозяин Герион, но не был трехголовым. Зато в помощь пастуху-гиганту был дан хозяином страшный пес Орф,(Орфо, брат пса Кербера.). Этот пес одним глотком мог бы проглотить сразу десять огромных львов..

 

             Продолжение  http://msrp.ru.com/15980-gerakl-korovy-geriona-v-mikenah.html

Оценки читателей:
Рейтинг 0 (Голосов: 0)

Не забывайте, нажав кнопку "Мне нравится" вы приглашаете почитать своё произведение 10-15 друзей из "Одноклассников". Если нажмут кнопку и они, то у вас будет несколько сотен читателей.

RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!