Лена - Альма матер

Моему доброму другу,
Елене Вербовецкой
посвящается.


Если кто-то будет меня уверять, что Б-га нет, то я готов с ним поспорить. Ничем другим, кроме как провидением г-сподним, как «распростертой надо мной дланью Его» я не могу объяснить относительный успех (абсолютного в этом мире ничего нет) той авантюры, которая называется — наша репатриация или Алия( на иврите).

Мы приехали в Израиль в 96-м из под обломков империи, которая называлась Советский Союз. Основной мотивацией нашей репатриации было спасение нашего сына от «светлого» настоящего и будущего, которые ждали его там. Почему я назвал нашу репатриацию авантюрой? Да потому, что ни один нормальный человек, зная мою ситуацию, на это бы не решился!

Итак, образование — высшее- экономическое (кому в Израиле нужен экономист «советского посола»)? Знание языков — иврит( близкое к нулю), английский, как писали в советских анкетах- читаю и перевожу со словарем. Полное отсутствие рабочей профессии, если не считать того, что за две бутылки спирта, я у себя на заводе научился управлять автопогрузчиком. Ну это, все же, была норма! Я был не один такой.

Отклонение от нормы — это мои глаза. Как сказал один из докторов,- на них можно было диссертацию писать. Из-за кошмарной близорукости очки я носил с детства. Зрение постепенно ухудшалось, но очками я как-то обходился. За год до отъезда начал осваивать мягкие контактные линзы. Они были ужасно дорогими, но с их помощью я умудрился сдать на водительские права.

По приезде в Израиль я установил скорбный факт. Мягкие линзы уже не подходят. В очках я вижу «уцелом», учиться в ульпане, то есть на курсах иврита, могу с огромным трудом.

Попал на прием к известному окулисту доктору Р. Получил ответ — из-за сильного кератоконуса, то есть измененной геометрии роговицы, помочь мне могут только жесткие линзы. Начал «войну» за их освоение. Боль — адская. Если левый глаз — ещё терпимо, то правый — полный кошмар. Тем не менее, терпя боль, смог подтвердить водительские права, что сыграло огромную роль в дальнейшем. Закончил ульпан и получил совет — повышать уровень языка на практике жизни.

Итак, надо искать работу. И тут мне повезло (это везение ничем, как провидением г-сподним я объяснить не могу). Я нашел работу на хорошей фирме — химическом заводе. На собеседовании посмотрел на меня начальник. Шея крепкая, плечи широкие, цвет лица говорит, что с алкоголем я не дружен, а скорбный опыт в этом плане он уже имел. Вот и взял меня.

На этом заводе я и проработал двадцать один год, пока не заработал проблему со спиной и не ушел на пособие по потере трудоспособности.

Коллектив на заводе был небольшой, но хороший. Половина — репатрианты, половина местные жители. Наш народ — с высшим образованием и стахановским отношением к труду. Именно на наших спинах поднялся и наш завод, да и вся промышленность Израиля вообще.

Но это предисловие. Характер работы требовал полной взаимозаменяемости. Как часть работы — вождение автопогрузчика. (Вот когда пригодились и мои права и мои навыки!).

Начал я работать и тут беда. Мои глаза воспалились, то есть стали красными, как у рака. Аллергия на линзы. Что делать? Взял я старые очки, в которых практически ничего не видел. Был вынужден запоминать какой инструмент куда положил, чтобы находить быстро.

Да здравствует великое израильское раздолбайство!!! Никто на то, что я в очках внимания не обратил!

И на то, как я в слепую автопогрузчик водил. Сейчас вспомнить страшно, но никакого, даже мало мальского инцидента не допустил. Выживал короче. И тут новая напасть!

Угроза «голодной» смерти. Это я так шучу, но проблема заключалась в том, что мне необходимо было каждую неделю заказывать себе обеды. Для этого надо было просто подойти к таблице заказов, поставить «птички» и все. Но, ведь я же ни-че-го не видел! Подойти к доске, уткнуться в нее носом я не мог себе позволить. Не дай Б-г, кто увидит! Конец!!! Уволят!!!

И, вот тогда, обратился я за спасением к Лене.

В то время она у нас работала «заводской мамой». Умница и оптимист. Человек, разумеется, с высшим образованием. Она, до репатриации, работала в одном крупном союзном министерстве в Москве.

А что в этом удивительного, если профессора подметали улицы, а одного летчика — испытателя нашли в Тель Авиве за рулём мусоросборочной машины. Таково было время.

Кормила она нас в столовой, убирала весь завод. Одна! И проработала так уже лет десять. Когда ее убрали с завода, то такой бардак начался, что в конце концов пришлось на ее место двоих ставить!

Все из-за того что один профсоюзный «умник» и демагог протащил через кнессет (парламент) закон, что работники, работавшие долго на одном месте через посреднические конторы, должны быть приняты в штат фирмы. Он хотел сделать как лучше, а получилось, как всегда!

Успела она сделать к тому времени немало добрых дел. В том числе и меня спасти.

Каждую неделю Лена потихоньку и незаметно заказывала мне обеды, а потом также предупреждала, что мне брать. Все это продолжалось, пока мои глаза не зажили.

К тому времени (тоже думаю, что не без помощи Всевышнего) я смог найти хорошего специалиста по моей проблеме, который нашел решение и открыл мне дорогу в нормальную (более или менее) жизнь. Этим способом я пользуюсь и до сей поры.

Потом стали мы с ее мужем большими друзьями. Я частенько бываю у них гостях.
Всегда, когда я вхожу в их дом и вижу Лену, то говорю

-Привет, Лена — Альма матер, ибо по латыни это значит «мать-кормилица»!

Оценки читателей:
Рейтинг 0 (Голосов: 0)

Не забывайте, нажав кнопку "Мне нравится" вы приглашаете почитать своё произведение 10-15 друзей из "Одноклассников". Если нажмут кнопку и они, то у вас будет несколько сотен читателей.

16:02
115
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!