С челноками

                                            гл.9  С «челноками».


На площадку, где собирались «челноки», я попал, когда основная масса ещё не пришла. Тут выяснилось, что места распределяются заранее. Есть телефоны, по которым нужно звонить. Там тебе скажут номер автобуса и место, так что, сегодня если и уеду, то только чудом. Это меня не сильно расстроило, подумаешь, поеду завтра, хотя терять день не сильно хотелось. Решив подождать до конца погрузки, вдруг в каком-то автобусе место найдётся. Из вещей у меня только «дипломат» со сменой белья и парой бутылок очень популярной в Москве «Анапы» - сладкого фруктово-выгодного вина, крепостью в пару мегатонн. Опыт подсказывал, если нужно «сунуть» какому-нибудь швейцару или дежурной в гостинице, «Анапа» действует лучше армянского коньяка.
 Народ всё прибывал и прибывал. Вокруг потели и кряхтели, ругались, нормальная, такая, обстановка вокзала, времён Гражданской войны.

- Молодой-красивый, сумочку не поможешь…
Света, вчерашняя знакомая. Ну, вот чудо и свершилось. Протискиваясь через толпу с её неподъёмной клетчатой сумкой, в двух словах объяснил, что мне срочно нужно в Москву, она же гарантировала, что всё устроит, только ей нужна помощь в столице. Там я пригожусь как мужчина. Я понял, от сумки мне теперь не отвертеться.
Оставив меня караулить свой багаж, Света, умчалась узнавать какой автобус наш.
Через минут десять, мы уже грузились.
На удивление погрузка прошла более-менее организовано. Люди знали друг друга, примерно знали свои места. Не без матюков, но через какое-то время, все пристроили свои хабари, устроившись повеселели. Расплатились с водителями, их было двое и наконец, тронулись.

- Следующая, большая остановка в Ростове, сообщила Света, - Там можно пообедать, почти час будем стоять.
- Я смотрю, вы тут все знакомые, часто ездите?
- Ну, вон та, маленькая в розовой шапочке - виолончель, вместе с «трубой» сидит, они уже втянулись и хоть давно в плюсе, ездят как на работу. А где сейчас музыкой заработать можно?!
На мой недоумённый взгляд объяснила. Половина пассажиров автобуса, преподаватели музыкального училища, готовивших крепких музыкантов для областных филармоний, всяческих региональных оркестров. Вторая половина, преподаватели разных вузов и НИИ.  Сама она преподаватель фортепиано, но ей деньги нужны срочно для оформления квартиры под Туапсе.

Квартира небольшая, но в хорошем месте и с обалденной историей. Это всё что может ей достаться в наследство от тётушки – маминой сестры. Необходимо срочно оформить на своё имя, иначе пропадёт.
- Я, вот, пару раз съездила, но не хватило. Везде нужно дать. Не ухмыляйся, на лапу дать.
Давай поспим, до Ростова, потом про квартиру расскажу, это интересно.
Через полчаса я начал жалеть о затее с поездкой на автобусе. Ноги девать, явно, некуда.
Света, девушка тоже не маленькая, сопела, пристроив ноги в проход, забитый большущими сумками.
Делать было нечего, повозившись, я тоже задремал. Проснувшись, очутился в зиме. Настоящей, со снегом. Дорога была чистой, но вокруг на полях лежал снег. В автобусе заметно посвежело. Народ спал, как после ночных полётов. Света, проснувшись, от моих попыток, пристроить поудобнее ноги, объяснила про хлопоты челноков.

- Самое важное, на первом этапе, достать деньги. То есть, найти у кого занять. Потом найти ходовой товар. Тут всё зависит от страны. Скажем часы. В одной стране берут со светлым циферблатом и римскими цифрами, в другой только с арабскими. Где-то любят позолоченные с календарём, в другом месте в моде, стальные.
Скажем, со страной я определилась, нашла деньги, чтобы съездить с плюсом, мне необходимо сотня часов. Где столько купить. Иду по часовым мастерским.
- Нужны часы с таким-то циферблатом. Он обещает через неделю собрать пять штук.
Десяток мастерских, - половина есть. Остальные в Москве на часовых заводах.
Это я, преподаватель музыки, девочка-пианистка должна договариваться с мужиками, торговаться, ругаться, хитрить, выгадывать каждую копейку.
- А качество? Ты, ведь понимаешь, что собранные на коленке часы, это ведь не заводские, прошедшие несколько ступеней контроля.
- Мне, до лампочки, лишь бы неделю стрелка дёргалась. Покупатель тоже понимает, что за такую цену, он берёт барахло, которое будет носить как украшение, но за этим начинается новый этап - укладка багажа. Каждые часы нужно пришить к полоске плотной материи – сделать бандаж. Обмотать вокруг тела, так чтобы можно было сдёрнуть с себя и сунуть в сумку, которую уже просветили таможенники. На эту операцию у меня есть пять семь секунд. Однажды попался мне вредный таможенник. Румяный, такой откормленный.
Покопался в сумке, двигает её мне,
- У Вас тут лишнее.
- Что?
- Вы сами знаете.
А у меня там всякое барахло для прикрытия. Игрушки, водяные пистолеты, тройка фенов, пара фотоаппаратов, короче всякая мутота. Что лишнее? Ну, выкинула чего-то, опять к нему.
Он снова заводит,
- У Вас тут лишнее – и улыбается. Тут меня как накрыло. Такая злость накатила, аж в глазах потемнело.

- Гадёныш ты откормленный, стручок московский, знал бы ты, гнида румяная, что мне стоило всё это собрать и дотащить до твоего стола. Это конечно про себя, а ему,
- Забирай всё вместе с сумкой!
Он так сумку ладошкой в сторону отодвигает и на моей декларации чего-то обводит кружочком и пишет: «Не вылетела», а декларацию пальчиком двигает мне, даже, не глядя в мою сторону.
Я оглядываюсь, моих девок нет, вокруг чужие, что делать?!
Тут вспоминаю - сотня часов в тряпке обмотанной вокруг талии. Теперь и деть их некуда, сумку-то я таможеннику подарила. Вот, дура психованная! Раньше никогда такого не случалось. Обернулась, румяный исчез, проход его перекрыт и сумки нет. Только пристроилась в уголок поплакать, в  Шереметьево из всех динамиков,
«Пассажирку Грушевскую ожидают в самолёте». Кажется, все только на меня смотрят.

Переждала я ещё пару объявлений, а сердце из груди вот-вот выскочит. Помчалась бегом на последний досмотр а, там рамка-зараза и две тётки. Естественно рамка звенит. Я кричу, - Это я Грушевская, опоздаю.
 Тётки, - Что звенит?
- Часы.
- Где спрятала?
Поворачиваюсь к ним задом, пальчиком показываю на зад.
- Там.
- Где?
Я опять.- Там.
Тут опять динамики, про пассажирку Грушевскую, одна тётка другой,
 - Давай пропустим эту сумасшедшую, а то «Эр Индия» сейчас устроит выгрузку багажа, высадку пассажиров…
- Бегите, гражданка, только там ничего не повредите.
Они засмеялись, гладкие, причёсанные, а у меня чувств никаких не осталось. Сволочи, это про правительство, до чего людей довели! Летела и думала, что всё кончилось, однако это была только половина. Дальше, началась эпопея с лучшими в мире торгашами. Найти покупателя, торговаться полдня, чтоб не прогореть. Теперь заработать на обратном пути. Найти товар, торговаться, купить, упаковать, опять унижаться на русской таможне. Дома найти оптового покупателя, выбить с него деньги, отдать долги и по новой.

 А автобус уже катил по зиме. Здесь снег лежал уже давно. Кущёвская. Санитарная остановка. Вовремя, подпёрло уже, еле терпел. Вылазили по салону забитому сумками и баулами.
 - Следующая остановка Ростов. Сорок минут на обед.
- А где остановимся. От автовокзала далеко?
- Пять минут, а зачем тебе вокзал.
- Там переговорный пункт, мне позвонить в Москву нужно.
- Если поесть не успеешь, у меня домашняя еда есть, в кафе только водители кормятся.
Согревающего нужно прикупить, дальше зима будет настоящая - русская.
- Гуд, бутылки хватит?
- Как пойдёт.
- Понял.

 Вот и Ростов. С замиранием сердца, набираю московский номер. После нескольких секретарских переключений, голос искажённый тысячей километров, узнать невозможно, но мне кажется по короткому «Да», который звучит как «Та», узнаю свою туманную любовь.
- Лаба дене, Фунтик.
В ответ тишина. Неужели не она?!
- Гулик-вер, ты? ( Сокращения от Гуливер и верзила, курсантское прозвище)
Есть, получилось!
- Мильда, я завтра буду в столице, мне с тобой необходимо встретится.
- Остынь, красавчик, я обручена.
- Поздравляю. Хотел сказать, что по делу, но вовремя подумал, что не стоит так показывать свою незаинтересованность её амурными планами. Пусть денёк по вспоминает, поволнуется.
- Поздравляю. Больше сожаления в голосе. - Надеюсь хороший мужчина.
- Хороший мужчина, - это так безнадёжно, в чём хороший или в чём-то хороший.
- Мильдочка, Фунтик мой дорогой, у меня время кончается…
- Ночевать есть где?
- Придумаю что-нибудь.
- Запоминай мой прямой номер, я тоже подумаю.
- До встречи.

На пути к автобусу, купил бутылку импортного «Абсолюта» и кое-что загрысть. Далее дорога пошла веселее. Когда кончилась Ростовская область, по-моему, кончилась и нормальная дорога. Автобус нырял в такие ямы, где запросто можно закопать любую легковушку. Следующая большая и последняя остановка в каком-то Конь-Колодце.
- Свет, а что, в поездках, у тебя было самое ужасное.
Девушка посмотрела мне в глаза, плеснула в стаканчик водки, котлеткой закусила.
- А, ладно, ты вроде, парень свой.

 Недавно я в Китай ездила. Что там жаркий климат, у нас знают все, но Внутренняя Монголия или Северный Китай нас встретил двадцати пяти градусным морозом при сильном ветре и это в конце октября. На мне пять шинелей поверх пальто, как и на остальных. В здании таможни жарко натоплено. Пот, по всяким ложбинкам, течёт ручьём. Наконец, протащила три сумки без потерь. Получила заветную печать в паспорт. Вешаю одну сумку на шею, по одной в руки, открываю дверь, делаю шаг, покидая РФ. До горизонта ледяная степь, продуваемая всеми ветрами. Метров пятьсот здание китайской таможни, там же наш автобус. А в организме чего-то булькает, толи переволновалась, толи съела чего-то неправильного. Кое-как дотащила до своих, кричу: «Девки, присмотрите за сумками, я скоро»; и бегом  назад к заветному русскому домику. Шинели расстёгиваю на ходу. Что торопиться нужно не поспешая поняла метров за десять. В сортире, дерьмом была уделано всё, кроме потолка. Где-то замёрзло, а где-то ещё парит. Пробралась. Только бы удержать. Снимаю всё, что нужно, подбираю полы шинелей, тут у меня выпадает паспорт и летит в дырку. О Боже! Ужас сковал даже те процессы, которые происходили внутри. Толи, бог спас, толи гуляющий ветер удачно дунул, только мой документ на самом краю стоя в раскрытом виде, застрял в дерьме. Стоит и качается. Какие картины пронеслись в моей голове. Подруги мои уехали. Я возвращаюсь. На паспортном контроле размазывая слёзы, лепечу молоденьким пограничникам про утонувший в дерьме, паспорт. А сама не дыша двумя пальцами, осторожненько, хватаю заветный документ, присаживаюсь и моментально освобождаюсь от всего, приведшего в этот чёртов тубзик.
Странно, но в этом сортире, я поняла, что ничего страшного со мной не случится.
Ангел мой всегда со мной. Оттирая снегом выпачканный паспорт, полы шинелей, сапоги, я, в общем, не особо верующий человек, пообещала ему свечку в церкви поставить.

- Да-а, - потянул я, наливая ещё по одной.
- Только я не совсем понял. Зачем пять шинелей, чтоб не замёрзнуть?
- На продажу. Аборигены, сразу за их таможней раскупили. Жаль, что больше не налезло.
 Вообще  в этих рейдах я многому научилась.
- Долго ещё собираешься челночить?
- Квартиру выкуплю и шабаш.
- Так что, за знаменитая квартира расскажешь?
- Это длинная история.
- Понял,- наливая по полтиннику.
 

Оценки читателей:
Рейтинг 0 (Голосов: 0)

Не забывайте, нажав кнопку "Мне нравится" вы приглашаете почитать своё произведение 10-15 друзей из "Одноклассников". Если нажмут кнопку и они, то у вас будет несколько сотен читателей.

20:01
113
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!