Прости, фриц

Прости, фриц

Прости, фриц…

12 мая 1945г. Югославия. Старшина Дмитрий Петрушенко, лейтенант Виктор Кудинов и рядовой Валерий Никитин преследуют в лесу немецкого солдата. 

Высохшая (как показалось) часть болота была невелика по объему и представляла собой серую потрескавшуюся корку земли, а вот остальная, водная, более обширная часть, была просто усеяна кувшинками. Вдруг обе ноги Дмитрия соскользнули с бугорка — и он сам резко ссунулся в болото. Трясина жадно охватила его ноги и стала медленно, как удав жертву, втягивать и все тело бойца. Автомат при падении оказался возле ног и также погружался в смертельную жижу.

— Трясина! Надо же, пол-Европы прошел с боями, а умру, как жаба, в болоте, – обожгла безнадежностью мысль. Старшина попытался опереться хоть как-то руками, земля-то рядышком, вот она… Но серая поверхность предательски расступалась, а под ее коркой вязкая жижа начала втягивать солдата… «Вот и все, вот и все» – болезненно выбивал морзянку пульс. Трясина-убийца заботливо пеленала бойца со всех сторон. И мужественный воин дрогнул.

— Эй, э-э-эй! – Закричал старшина и попробовал резко повернуться к берегу. Но от резких движений погружение только ускорилось…

— Эй, ребята, спаси-и – и — те!» – безнадежно закричал в лес солдат, когда на поверхности остались только плечи, руки и голова…И в этот момент он увидел, как к нему с автоматом наперерез быстро приближается… фашист. Тот, за которым он гнался по лесу. Дмитрий в отчаянии закричал беглецу:

— Стреляй, стреляй сволочь. Чисен! Чисен, фриц! Пристрели, говорю, ты же солдат. Дай умереть от пули, не от болота…

Кроме «чисен» немец не понял ничего, но автомат положил на землю, а сам сломал большую ветку кустарника и буквально сунул ее конец в ладонь русского солдата. Старшина сжал пальцы и попытался лечь на плечи, чтобы увеличить площадь опоры…Через несколько минут тяжелой борьбы за жизнь Дмитрий радостно оперся коленом о твердую землю, завалился на бок и, ухватившись за ветку кустарника, подтянулся на берег… В этот момент где-то недалеко раздались одиночные выстрелы. Немец привстал и посмотрел в сторону преследователей. Старшина в прыжке перекатился по земле и схватил автомат фрица, а тот, с искаженным от ужаса лицом, посмотрел красноармейцу в глаза, затем на дуло наставленного на него Шмайсера и рванул вдоль кустарника… Дмитрий уже видел своих, видел и убегающего немца. Первым, размахивая табельным «ТТ», бежал лейтенант Кудинов. На его лице было удивление и злость. Глядя то на старшину, то на удаляющегося фашиста, он в недоумении кричал старшине: «Ты что не стреляешь?! Стреляй, стреляй, уйдет!». Дмитрий опять повернулся в сторону бегущего немца, взял повыше головы и нажал на пусковой крючок…

В мелькающего за деревьями фрица уже и целясь было сложно попасть… Но немец почему- то споткнулся и упал, развернувшись, на спину. Все трое подбежали и обступили беглеца. Немецкий солдат лежал на прогретой солнцем чужой земле, широко разбросав руки.

— Готов, — сухо сказал Кудинов. – Пошли к своим.

Когда они отошли на несколько шагов, Дмитрий остановился, развернулся и быстро побежал назад к немцу. Наклонился над ним, провел ладонью по открытым глазам…

— Прости, фриц, ошибся я…

12 мая 1995 г.

В приоткрытую на кухню дверь я вижу своего отца. Сдал он за последний год… Жалко мне его…С полчаса уже, наверное, сидит перед стоящей на столе рюмкой водки, и все никак не решится выпить. Отец говорит тихо что-то непонятное…и кому? Достал зачем-то из шифоньера и надел свой старенький китель с наградами. Никуда ведь не идти. Перед школьниками, как обычно, выступал несколько дней назад, еще до 9 Мая… Был на городском параде, на приеме ветеранов у местной власти, посвященной юбилею Победы. Зачем же сегодня, 12 мая, этот наряд? На столе стоит еще стакан, наполовину заполненный сорокаградусной, сверху на нем – кусочек хлеба. Глаза у отца красные, влажные от слез. Выпивает все-таки рюмку… Не закусывает. Смотрит в закрытое шторой окно и тихо шепчет:

— Прости, фриц… Прости…

 

Оценки читателей:
Рейтинг 0 (Голосов: 0)

Не забывайте, нажав кнопку "Мне нравится" вы приглашаете почитать своё произведение 10-15 друзей из "Одноклассников". Если нажмут кнопку и они, то у вас будет несколько сотен читателей.

21:48
530
RSS
Гость
18:19
Замечательный рассказ. Вот это и есть лицо войны. Трагедия истинная, не сюжетно -придуманная. а реальная. Оттого и горько и тяжело, но это война.
01:29
Рассказ неплох. Но я бы убрал упоминание о группе «Wervolf». Диверсионные подразделения «Вервольф» были созданы в самом конце войны, и использовались только на территории Германии.
Болото в Югославии тоже как-то не очень правдоподобно. Хотя чего не бывает. В принципе они там могут быть, поэтому спорить не буду.
А про Вервольф я бы точно убрал. И фактологически неточно, да и психологически не внушает доверия. Диверсант. Преследуемый русскими солдатами. Вдруг спасает одного из них. Диверсант бы поступил следующим образом: Веточку бы подал, чтоб солдатик концы не отдал раньше времени. Подождал бы когда остальные двое кинутся его спасать, да и положил бы обоих на краю болотца. А потом притопил бы в том же болотце. Заменить диверсанта из Вервольфа на обычного солдатика из Вермахта, и всё будет вполне достоверно.
12:05
Спасибо. Согласен. Такие детали, действительно, и я не помню по рассказам отца. Поправлю.
12:36
Вам спасибо, за то что не приняли в штыки.
В моём детстве случай был такой.
Ребёнок я поздний, поэтому так вышло что в классе только у меня отец воевал. И вот как-то приглашает моя училка моего батю на «Урок мужества». Собирается батя. Кряхтит недовольно. На пиджак цацки прикручивает. Куда ему деваться? Надо.
И вот в классе, учителка сказала вводную речь, потом бате слово предоставила. Тот мнётся, что сказать — хрен знает. Это ж не с товарищами фронтовыми, и не со мной.
— Ну воевал… без ноги вот остался....
Учителка, видя что паузы слишком затянулись — командует:
— Задавайте вопросы, у кого есть.
В то время ведь как и сейчас, пацаны наперечёт все марки танков, самолётов и пулемётов знали. И названия орденов и медалей. Подскакивает один:
— А за что вас «Медалью за отвагу » наградили?
Батя, всё так же переминаясь с ноги на костыль:
— Дык. Это… Танк я подбил. Вот и наградили.
Пацан не угомонился:
— А какой танк?
Это ж мы были спецами в танках. А батя откуда мог знать модели немецкой боевой техники? Да ещё и 30 пар глазёнок в упор разглядывают....
— Ну а какой танк? Тридцатьчетвёрка небось.
...........
Неделю я со всеми пацанами дрался за батину ошибку. И только уже будучи взрослым узнал, что возможно и не ошибка то была вовсе. Только взрослым узнал, что немцы и трофейную технику восстанавливали и пускали в бой.

Такая вот история.
15:28
Спасибо за ответ. За Вашу историю… Приятно с Вами беседовать. У нас декоммунизация и деисторизация… Сложнее о войне говорить… Воспоминания одни. В нашем детстве и снега, и смеха было больше в жизни. Заносила метелица все стежки – дорожки, дворы и огороды. По обе стороны проезжей части дороги борта из снега получались по метру и более высотой. Играли в хоккей. Страсти спортивные бушевали у нас нешуточные. Своя серия матчей была СССР – Канада. Бросали жребий, кто сегодня будет нашими, а кто канадцами. У Сереги, самого здорового из нас парня, была кликуха Фил Эспозито. Но даже он не хотел, пусть и понарошку, быть канадцем. Все хотели сражаться за СССР и быть Харламовыми, Петровыми, Якушевыми…
Играли мы по-спортивному зло, как говорят, до крови. Мой дом был рядом с нашей искусственной хоккейной «коробкой». Иногда на крики выходил отец, и утихомиривал нас: «Что вы деретесь, как с немцами. Вы же все свои. Тоже мне вояки. А ну-ка, прекратили эти бои! Я вам как офицер приказываю!». Один раз мои друзья и попросили его: «А Вы расскажите, как на войне было. Видели немцев близко-близко? Убивали?»
Отец вздохнул: «Все было. Это война. Это вам не клюшками махать, драчуны». И рассказал нам в перерыве наших сражений о настоящих боях. Как касками в темноте в сарае бились, не видя ничего. «Схватишь за шиворот — если заматерится, значит, свой, а промолчит или по-немецки вякнет — сразу каской по голове… Один раз в окружение попали. Лежали в санбате. А тут обходят немцы. Поднял отец всех раненых, кто мог держать винтовку, взял несколько гранат — и в прорыв пошли… Семнадцать из ста и прорвались… А еще были и смешные случаи. Помню, сидим мы в окопе. Тишина поразительная. Непривычная для передовой тишина. Старшина Еременко что-то в бинокль рассматривает. Потом говорит мне:
«Разрешите, товарищ старший лейтенант, за медом сползать. Вон там, аккурат посредине между нами и немцами, пчелиные улья стоят в поле. Откуда они там, не понятно, но в сотах мед точно есть. А к нам уже двое суток кухня добирается, никак не доберется. Вот бы и подкрепились…». «Поползем вместе, — говорю, — ты со своим автоматом прикрывать будешь». Пополз отец первый, солдат за ним. Доползают до улика… «Пчел не видно, а в рамках мед остался. Достаю одну рамку… и вдруг тут из-за другого улика прямо на меня немец выползает и тоже с рамкой. Бросает рамку – и за автомат. И я свой табельный «ТТ» выхватил. Смотрим друг на друга и на мушке держим. Рыжий такой немец. Морда круглая, глаза бегают. То на меня смотрит, то на пистолет. Молчим. Я прячу пистолет в кобуру. Он тоже кладет на землю автомат. Берем по две рамки и ползем к своим… Вот. Даже с фашистами были перемирия обеденные. А вы – свои, а до крови деретесь…».
Пошутитты отец еще немного с нами и идет домой. Шаги короткие, осторожно так ноги передвигает. Это сейчас я вспоминаю… и мне жалко снова его. А тогда не понимал… или забывал, что ноги были у него больные. Отморозил он пальцы на ногах, когда лежал в разведке и считал немецкие танки. Ампутировали фаланги пальцев, и стал носить он сапоги меньшего размера. В них и Берлин брал …Вот такая история.
16:00
Окопная правда очень сильно от пропагандистской «правды» отличается. И тогда и в наши дни. Солдаты, они по обе стороны солдаты. И те и другие хотели выжить.
Это только у дебило«патриотов» всё ясно и понятно. Немец — враг. Украинец — враг вдвойне. Все остальные тоже враги, кроме тех на кого родная партия укажет (или Путин). А мир, он намного сложнее чёрно-белой картинки.
17:19
А Вашего рассказа здесь нет? Об отце, или просто...? У меня и дед воевал…
Сожженный город тишину встречал.
Она вернулась в фронтовой шинели.
Перед собою палкою стуча,
Калитку приоткрыл мой дед Евгений.
В родном саду к цветам он подошел,
Лицом прижался к веточке сирени:
— Как хорошо. Ей богу, хорошо…
Вот если бы еще глаза смотрели.
17:37
Именно про отца нет. Да и рассказы скажем так — полухудожественные. ))) Тоесть на историческую истинность не претендующие. ))) Но во многом из воспоминаний.
pisateli-slaviane.ru/3138-dve-nagrady.html
pisateli-slaviane.ru/3188-starshii-brat.html

17:40
А у меня здесь и стих об отце про ботинки, о которых я Вам писал. Сейчас посмотрю Ваш рассказ.
pisateli-slaviane.ru/new/58-otcovskie-botinki.html
18:03
Хороший Ваш рассказ, прочитал… правдивый, жизненный. Читаешь, как будто слушаешь правду о войне от настоящего МУЖИКА!
18:24
Ну прифантазировано конечно немного. Но основа правдива, по рассказам отца.
знаете, еще только прочитав, о том, как убегающий фриц, бросился на помощь, понял, что дальше будет штамп… ожидал что то вроде ареста с выкручиванием рук, но оказалось еще хуже… 45-й, середина мая, в лесу… это ж, скорее всего, одежда по форме — 4, Вы часом у папы не спросили, не тяжело ему было, из болота выбравшись, за автоматом прыгать то? а, главное, зачем?.. и даже, без глупостей о «вервольфе» в которые Вас ткнул носом Новиков, всё равно не верится… мерзость это… убрали бы, что ли.
23:56
Зря вы так жёстко, Владимир.
Для начала никого я носом не тыкал, просто указал на некоторое несоответствие. Для большинства людей что «Вервольф», что «Вермахт», что «Панцерваффе» или какой ни то «Бранденбург 800» — ни о чём не говорящие понятия. Документальным этот рассказ так же никто не называл. Кроме того, нужно учесть что и отец автора рассказал ему про этот случай через много лет после войны, сам автор услышал его в раннем детстве, а написал рассказ в зрелом возрасте. Память человеческая — странная штука. Что-то запоминается, что-то забывается. А что-то домысливается за недостатком информации.
Главное что храним мы память о тех людях. Пусть обрывочно, пусть дофантазированную и домысленную, но храним.
можно… нельза… не знаю, Александр, я могу промолчать увидев глупость, бездарность, банальность, даже пошлость, но есть вещи, промолчав о которых, перестаёшь себя уважать. я написал то, что почувствовал — прочитав это. написал, во-первых, потому, что не поверил написанному, во-вторых, потому, что, как по мне, это или глупость переходящая в мерзость или провокационная мерзость. а что до жёсткости… мы не кисейные барышни.
Александр, откровенность за откровенность, Вы бы опубликовали такое под фото отца фронтовика, если бы, не дай, Бог, такое рассказал Вам Ваш отец?
да, есть вещи о которых нельзя забывать, которые можно понять, и, возможно, даже простить, но делать это нужно молча, в глубине своей души, а не с дурным воплем посреди улицы или под псевдонимом в ин-те, это дурно пахнет…

пысы
а вот стих о ботинках, просто замечательный, и тем более непонятно и обидно вот это
Гость
19:14
Вся драма в том, что отец стрелял ВЫШЕ головы, чтобы НЕ ПОПАСТЬ в спасшего его немца. И СЛУЧАЙНО попал (а может, даже не ОН попал, а стрелявший из пистолета его командир, пули-то не сверяли). Но факт в том, что мучился ПАМЯТЬЮ и раскаянием ОН всю жизнь. Если б он хотел убить — не переживал бы потом, он солдат и убивал и до того и после. Он хотел СПАСТИ немца в знак благодарности за свое спасение… это понятно и по тексту — " Дмитрий опять повернулся в сторону бегущего немца, взял ПОВЫШЕ головы и нажал на пусковой крючок…
В мелькающего за деревьями фрица уже И ЦЕЛЯСЬ было СЛОЖНО ПОПАСТЬ … Но немец ПОЧЕМУ-ТО споткнулся и упал, развернувшись, на спину..."